Наконец Казио сумел разглядеть лица этих людей, все они были ему незнакомы. А вот одежду он сразу узнал. Один был в черно-красной мантии патира. Второй – в черном, с красной звездой на воротнике. Только одному человеку на свете разрешалось надевать такую рясу.
– Фратекс Призмо, – пробормотал Казио.
– О, да он преданный церкви человек, – сказал Фратекс.
– Я предан только тем святым, которые меня любят, – сказал Казио. – Однако я из Вителлио. Ваши портреты там повсюду. Но это не ваши портреты, верно? Вы ведь не Ниро Лусио.
– Ты отстал на двух Ниро, – сказал он. – Я Ниро Марко.
– Вы далеко от з’Ирбины, ваша милость, – заметил Казио. – Я польщен, что вы проделали такой путь, чтобы увидеться со мной.
– Закрой рот! – закричал патир. – Ты говоришь с Голосом Святых.
– О, пусть говорит, – сказал Фратекс Призмо. – Он очень интересный тип – дессратор из Вителлио, который окружает замок войсками из Кротении? Пожалуй, речь может идти только об одном человеке.
– О, это он и есть, – послышался другой голос справа.
Казио повернулся к третьему человеку.
– Вас я знаю, – сказал он. – Вы сэр Роджер, верно?
– Да, – согласился он. – Интересно, что ты здесь делаешь?
– Путешествую с солдатами, – солгал Казио. – Рассчитывал найти бесплатную трапезу и ночлег.
Самый высокопоставленный человек во всей церкви погрозил ему пальцем, словно Казио был маленьким мальчиком, который ест ягоды в чужом саду.
– О, как глупо. Неужели ты забыл, что у тебя было письмо Энни.
«Верно».
– Вовсе нет, – ответил он. – Я просто рассчитывал, что вы не умеете читать.
Патир шагнул вперед, но Фратекс поднял руку, и тот замер на месте.
– Честно говоря, я не понимаю твоей враждебности, – сказал Фратекс Призмо.
– Ваши люди напали на меня, – сказал Казио.
– Естественно. Ты напал на замок, который мы заняли именем святых. Если бы с тобой не было армии, мы могли бы сначала поговорить, но раз уж ты пришел с оружием…
– Я не применял оружия.
– Ну, когда речь заходит о святых, в Кротении сразу начинают убивать, – заметил Фратекс.
– Мы сражались с преступными церковниками, вы это, вероятно, имели в виду, – сказал Казио. – И тут вы недалеки от истины.
– Ах, вот ты о чем? Их было совсем немного, да и все это происходило еще до того, как Энни Отважная решила сесть на трон Кротении. Я говорю о том времени, когда она узурпировала трон своего дяди: речь идет о военных экспедициях. Ну, к примеру, убийство пятисот людей в Тарнсхеде.
– Но они хотели прикончить нас, – ответил Казио. – Спросите сэра Роджера. Они считали, что сила на их стороне, но ошиблись.
– Их убили во сне, – взорвался сэр Роджер.
– Это не так, – сказал Казио.
Сэр Роджер наморщил лоб, но потом его лицо прояснилось.
– Тебя же там не было? Ты не видел, что с ними сделали.
Казио открыл рот, чтобы возразить, но его действительно там не было. Сефри Энни проводили ту операцию.
У него в животе возникли неприятные ощущения. Может быть, сефри действительно убили их во сне. Энни об этом не рассказывала, но сефри вполне могли так поступить.
– Он не знал, – вмешался Фратекс. – Я никогда не поверю, что дессратор стал бы участвовать в таком неслыханном преступлении, тем более сын Мамерико.
Имя пронзило грудь Казио, словно удар клинка.
– Мой отец? Откуда вы знаете, кто был моим отцом?
– Церковь ведет архивы. Кроме того, я много лет назад встречал твоего отца. Он был человеком чести.
– Вы с ним встречались? Полагаю, не с мечом в руке?
Фратекс широко улыбнулся:
– Понятно. Ты хочешь за него отомстить?
Казио почувствовал, что у него закружилась голова.
– Так это были вы? Вы убили моего отца?
Фратекс фыркнул:
– Нет. Уверен, что для тебя это было бы очень удобно. Но зачем мне его убивать? Назови причину?
– Мой отец был глупцом, – сказал Казио. – Я никогда не давал клятву мстить за него. Более того, я собираюсь прожить дольше и лучше, чем он.
– В самом деле? Тогда я не понимаю. Мне кажется, ты следуешь путем меча, как и он.
– Он сражался за честь, – сказал Казио. – И потерял все, чем владел, а также свою жизнь на дуэли по пустячному поводу. Я сражаюсь за еду и деньги. Я сражаюсь, чтобы выжить, и делаю это умно – никаких других причин у меня нет. Я…
Он замолчал. Прошло много времени с тех пор, как он с кем-нибудь говорил на эту тему.
Почему он отказался пройти по священному пути Мамреса? Почему был так разочарован, когда Акредо выбили у него из рук?
«О нет, – подумал Казио. – Когда же это произошло?»
Он попытался призвать гнев, возмущение и презрение, которые испытывал прежде по отношению к отцу…
Все эти чувства исчезли. Когда же он изменился? И почему сам этого не заметил?
Фратекс Призмо наблюдал за ним, дожидаясь, когда Казио снова заговорит. Однако Казио молчал, и церковник наклонился вперед.
– Значит, ты всего лишь наемник? И честь ничего для тебя не значит?
– Я… не имеет значения, – сказал Казио. – Вы знаете, кто убил моего отца?
– Понятия не имею, – ответил Фратекс. – Я знал его за несколько лет до смерти. Он, как и я, отправился в паломничество к святыне Уни в Абрино. И спас нам жизнь, когда на нас напали разбойники.
