Настоящий Дракула полностью

На первый взгляд главные атрибуты власти принадлежали правителю страны — по-румынски он назывался domnul, т. е. господарь (от лат. dominus, т. е. господин, повелитель); славянским словом воевода пользовались реже. Он был формальным сувереном и главой центрального и местного управления; он взимал налоги и распоряжался их тратой, собирал пошлины и получал доходы, вершил правосудие, чеканил монету, а также был главнокомандующим войска и сил поддержания правопорядка. При этих широчайших властных полномочиях власть господаря была далека от абсолюта. Право первородства, т. е. система наследования от отца к старшему сыну, в Западной Европе служившая одним из важнейших инструментов консолидации централизованной власти, в Валахии не получила развития. На деле любой из сыновей правящего князя, неважно, рожденный в браке или незаконный, мог быть выбран боярским советом и наделен верховной властью. Такое положение вещей нередко провоцировало фракционные раздоры и анархию, если разные боярские партии поддерживали разных кандидатов на престол. Кроме того, правитель не мог издать важного указа без утверждения боярским советом. Даже рядовые юридические акты вроде пожалований земли, и те должны были совершаться не иначе как в присутствии бояр.

Мощным инструментом княжеской власти служила Румынская православная церковь, но она лишь номинально подчинялась Константинопольскому патриархату с тех времен, когда миссионеры Восточной христианской церкви в IX в. обратили страну в православие. В реальности, начиная с основания валашского государства, Румынская церковь во всех отношениях пользовалась автономией под властью местного архиепископа, именовавшего себя «митрополит унгро-влахийский и экзарх плагинский». Местопребыванием митрополита был город Куртя-де-Арджеш к северо-западу от Тырговиште. Теоретически власть митрополита распространялась на всех исповедовавших православие жителей Трансильвании. В его подчинении находились епископы и настоятели ряда богатых и влиятельных монастырей в таких местах, как Тисмана, Говора, Котмяна, Водица, Козия, Главачок, Дялу и Снагов. Они владели обширными землями и бесчисленными деревнями, а также заседали в княжеском совете. Эти монастыри пользовались неприкосновенностью и привилегиями, освобождением от налогов и в целом поддерживали центральную власть. В их стенах валашским князьям не раз случалось жительствовать и прятать свои богатства. Когда надвигалась опасность, каждый монастырь был обязан выделять средства на военные дела сообразно своим значению и влиятельности. Помимо православных монастырей, на территории Валахии существовало несколько римско-католических аббатств — доминиканских, францисканских, цистерцианских и бенедиктинских, причем некоторые были подворьями могущественных монастырей, располагавшихся за горами в Трансильвании. Так, в Тырговиште недалеко от княжеского дворца существовал францисканский монастырь. Однако сама католическая церковь влиянием почти не пользовалась. Римское католичество всегда считалось «чужеземной» верой и внушало подозрения как по религиозным, так и по политическим причинам, поскольку папство имело тесную связь с венгерской властью.

Как уже отмечалось, ни о каком среднем классе в Валахии XV в. говорить не приходится. И все же рост некоторых городов неизбежно влек за собой развитие торговли, значительную часть которой держали в своих руках трансильванские купцы, в особенности германские, из саксонских общин, пользовавшиеся фактической монополией на торговлю в ряде валашских торговых городов. В обмен саксонские купцы были обязаны платить пошлины, что приносило щедрый доход княжеской казне. Из Трансильвании в Валахию вели два основных традиционных торговых пути, следовавших вдоль рек в перерезающих Карпаты ущельях: первый путь вдоль русла реки Олт вел из Сибиу до приграничного Турну-Рошу, второй — из Брашова в Рукэр вдоль реки Дымбовицы. По этим путям произведенные в Трансильвании товары поступали в торговые города Тырговиште или Тыргушор. Поскольку продавать и покупать товары предписывалось только в определенных городах, в ярмарочные дни в них стекались большие массы народа. Для княжеской власти контроль над иностранной торговлей представлял важность не только потому, что торговля приносила значительный доход, но и потому, что нарождавшееся с начала XV в. сословие ремесленников и купцов ожидало от князя защиты своих интересов от трансильванской и прочей иноземной конкуренции.