Помимо Дракулы, одним из немногих европейских политиков, осознававших природу оттоманской угрозы, был преемник никчемного папы Каликста III Энеа Сильвио Пикколомини, в 1458 г. вступивший на папский престол под именем Пия II. Как уже упоминалось, выходец из аристократического семейства Сиены, воспитанный в духе гуманистических идей Ренессанса, он растратил юность в погоне за мирскими радостями, ввязывался в сомнительные предприятия, наплодил некоторое количество незаконнорожденных отпрысков, отметился в публицистике и баловался сочинением фривольных стихов, но вступление на религиозную стезю совершило переворот в его воззрениях и сознании. Будучи посвящен в духовный сан, он ярко проявил свои таланты в период заседаний Базельского собора, сделав все возможное, чтобы отвести от папства угрозу «демократического» правления, предполагавшего подмену папской власти властью коллегии кардиналов. И он же вымостил дорогу к воссоединению православной и католической ветвей христианства на Флорентийском соборе 1439 г. Необычайные переговорные способности Пикколомини привлекли внимание императора Священной Римской империи Фридриха III, который пригласил даровитого сиенца стать советником дипломатической службы и фактически возложил на него всю имперскую дипломатию. Кроме того, как мы знаем, он стал наставником юного венгерского короля Ладисласа Постума и даже написал для исключительного пользования императорского подопечного педагогический трактат, который и поныне остается весьма полезным чтением. Избранный папой, Пикколомини проявлял замечательную терпимость к несходству взглядов, что побудило великого английского историка лорда Актона (1834–1902) назвать его «основоположником свободы слова». Вопреки, а скорее благодаря своей гуманистической закваске папа Пий II осознавал, какую угрозу для Европы представляет Османская империя после падения Константинополя, и видел необходимость в масштабном Крестовом походе, в котором должны принять участие не только силы Запада, но и сохранившие независимость государства Восточной Европы. Хорошо информированный о турецких делах благодаря сети дипломатических и шпионских источников, папа Пий изучил психологию и
Идею нового Крестового похода Пий II провозгласил на великом церковном соборе в Мантуе, который созвал 26 сентября 1459 г., разослав приглашения главам всех ведущих держав Европы. Двухчасовая вступительная речь папы хотя и подорвала остатки его хилого здоровья, произвела неизгладимое впечатление на тех немногих государей, кто сподобился прибыть в Мантую. Папа увещевал зачарованную аудиторию «поднять крест» в самых вдохновляющих и проникновенных выражениях, каких Европа не слыхала со времен достославного Клермонского собора в XI в., положившего начало крестоносному движению. Папа осознавал безграничность завоевательных амбиций султана и предостерегал собравшихся, что «всякая его победа станет ему средством одержать следующую, и, когда он покорит всех христиан Запада, он уничтожит Благую весть Христа и навяжет всему миру Благую весть своего ложного пророка». В подкрепление своего призыва и дабы еще сильнее зажечь аудиторию, папа выставил свидетелей, беженцев из разных балканских областей, и те с кафедры живописали подробности мук и лишений, которые они претерпели от рук турок. Однако отклика от немногих посетивших собор правителей — Бургундии, Милана и Венгрии — почти не последовало. Примиренчество — вот что значилось в европейской повестке дня.
