– Да все уже давно там, с четырёх часов утра, – махнул рукой Джегода. – Уже и обыск провели. И нашли кое-что, – он посмотрел на Лопахина.
– Доллары, Андрюша, откопали опера. В большом количестве.
При этих словах Дубовик присвистнул, не сумев, на сей раз, сдержать удивления.
– Ну, слава Богу, хоть что-то проняло! – усмехнулся Лопахин. – А-то я уж было подумал, что ты совсем закостенел на своей работе.
– Одним словом, Андрей Ефимович, следствие по этому делу вести вам, с особыми полномочиями. Договоренность со всеми верхами есть. Вам никто не будет мешать. Кого привлекать к работе – решайте сами. Делу придали особую секретность: кто знает, что там, с этим Кропанем. Одним словом, приступайте к работе, – прокурор протянул Дубовику широкую ладонь, – вся надежда на вас. Сроки пока не ограничены, но вы же сами понимаете, что затягивать дело нам не дадут.
– Понял! Разрешите выполнять? – подполковник поднялся.
– Выполняй! – кивнул Лопахин. – Докладывай мне в любое время суток, как сочтёшь нужным!
В квартире Кропаня, тихо переговариваясь, передвигались, переходили из комнаты в комнату оперативники, эксперты, стояли испуганные понятые, следователь областной прокуратуры писал протокол, сидя за большим овальным столом под круглым шелковым абажуром с бахромой. Перед ним толстыми пачками лежали советские рубли и американские доллары.
Везде и во всем чувствовался достаток. Резной буфет красного дерева ломился от хрусталя, на громоздкой тумбочке покоился телевизор, прикрытый любовно ажурной салфеткой, на которой стояла небольшая синяя кошка из дорогого муранского стекла, на столе такая же пепельница. На стенах висели картины в резных рамах из хорошего багета, на паркете были постланы толстые персидские ковры.
Сам хозяин, раскинув руки в стороны, лежал лицом вверх у двери в спальню. В его лбу, прямо посередине, как у индийской красавицы, краснела ровная дырочка. Глаза были полуприкрыты, между ног на пижамных штанах расплылось тёмное пятно.
Дубовик окинул всё это одним взглядом.
– Да-а, недурно живут у нас милицейские чины! – произнес он язвительно.
– Товарищ подполковник! Хорошо, что вы приехали! – следователь приподнялся из-за стола. – Тело осматривать будете, или его уже можно отправлять?
– Телом пусть занимаются патологоанатомы, мне интересней вот это, – Дубовик кивнул на стол, заваленный денежными знаками. – Сколько здесь?
Следователь показал на цифру в протоколе.
– Всё обыскали? Других сюрпризов не предвидится?
– Обыск делали наши ребята, они мастера своего дела. Стены, паркет – всё простучали.
– Кто и когда обнаружил труп?
– Его жена. Она приехала ночным поездом с курорта, ждала на вокзале, когда Кропань приедет за ней. Не дождавшись, позвонила из автомата, но ей никто не ответил. Тогда она взяла такси и приехала домой. И вот!..
– Дверь была открыта? – спросил Дубовик, осматривая долларовую купюру на свет.
– Да. Это её насторожило. Она спустилась в дворницкую, и вместе с дворником поднялась сюда. Она сидит в кухне, там с ней доктор. Просил пока не беспокоить.
– Мы и не будем. У нас сейчас и без неё дел хоть отбавляй. Успеем ещё допросить.
– Понятых отпускаю? Мы уже почти закончили.
Дубовик кивнул:
– Подписку о неразглашении возьмите. Это касается всех. Сведения о деньгах не должны выйти за порог этого дома. И вообще, меньше разговоров. Конечно, убийство слишком громкое, замолчать его не удастся, но ни с одним из журналистов ни слова без моего ведома, или ведома генерала. – Подполковник говорил жестко, при этом продолжая оглядывать всё вокруг. Потом сел за стол напротив следователя и спросил: – Деньги где лежали?
– Да почти везде, он их вроде и не прятал, – пожал плечами следователь. – И шкатулка с драгоценностями на месте.
– Значит, не ограбление… Но подробней нам сможет сказать жена Кропаня. А пока будем отрабатывать все версии. Выстрел кто-нибудь слышал?
– Мы пока ещё не всех соседей допросили, – ответил следователь.
– А что с отпечатками? – Дубовик повернулся к эксперту.
– Есть, но, чьи, скажу позже, – последовал короткий ответ.
– С купюр снимите тоже. Жду всех в кабинете районного прокурора, – кинул подполковник уже от дверей.
– Вот так, парни, за нас все вопросы решил человек с пистолетом, – Авдеев не знал, как вести себя в этой ситуации: весть об убийстве начальника настолько поразила всех, что оперативники даже не знали, что предпринять, чем заняться.
Тулейко позвонил в прокуратуру, чтобы узнать подробности произошедшего, но ему ответили, что делом занимается КГБ и областная прокуратура.
Авдеев в полном замешательстве сидел за своим столом, раздумывая, может ли он позвонить Андрею и узнать хоть что-то у него, но тот опередил майора и позвонил сам:
– Жду тебя в прокуратуре, немедленно, – слова прозвучали сухо, но Никита знал, что Дубовик всегда соблюдает на работе субординацию, тем более, похоже, что с сегодняшнего дня все они будут работать под его руководством.
