Внимательно вглядываясь в лицо молодого мужчины, прислушиваясь к новым, несвойственным тому ранее интонациям, Джон снова провёл пятернёй по спутанному шёлку волос и со смешанным чувством радости и тревоги заметил, стараясь шутливым тоном и улыбкой скрыть охватившее его волнение:
— Мне кажется, я погорячился, когда приказывал тебе искать свою истинную сущность, любовь моя. Если подобные язвительность и саркастичность — её проявления, то я даже подумать боюсь, в какого забияку и засранца ты можешь в конце концов превратиться.
Но Шерлок, выпрямившись и глядя венценосному любовнику прямо в глаза, ответил абсолютно серьёзно и проникновенно:
— Это невозможно, милорд. Рядом с Вами — никогда!
Последовавшая за этим череда страстных и умопомрачительных поцелуев сотворила в монаршей голове полный сумбур, а совесть, вполне удовлетворившаяся прочитанными наставлениями, с чувством выполненного долга уступила место более приятным переживаниям, дарящим бездумное блаженство вовлечённым в процесс телам.
Впрочем, Джон понимал, что сумбурность мыслей на данный момент, возможно, лишь его личная прерогатива — Преданный был просто не в состоянии долго пребывать в бездейственной нирване. Когда очередная волна жажды нежности и прикосновений слегка схлынула, а заходящиеся возбужденным перестуком сердца несколько усмирили жизнеутверждающий набат, тонкие пальцы, поглаживающие королевское колено в каком-то упорядоченном ритме, явились тому явным подтверждением: Шерлок опять что-то замышлял.
Джон улыбнулся:
— О чём задумался?
Ответ прозвучал более чем неожиданно:
— Как пройдёт полноводье на Лейт, нужно будет прорыть каналы.
— Зачем? — Его опешившее Величество даже приподнялся на локте, чтобы заглянуть в глаза своего любовника. Тот улыбнулся взглядом — так, как умел только он — тепло и одновременно задорно.
— Затем! Жители Эдинбурга опорожняют свои ночные горшки прямо из окон, — красивое лицо исказила чуть брезгливая гримаска, — что крайне негигиенично! Благо, в эту пору дождь у нас — явление частое, практически постоянное, а в летнюю жару вонь будет стоять невозможная. И разложение. И мелкого мусора полно. Насекомые полетят… Чумы в дополнение к тифу желаем?
— Ну, — снова откинулся на подушки Джон. — Всегда ж так было… На улицу и лили — куда ещё?.. Но да, запах действительно премерзкий… И грязь. Кое-где можно пройти по деревянным мосткам, но лучше верхом — надёжнее как-то.
Шерлок осторожно высвободился из-под королевской длани и уселся по-турецки, настойчиво заглядывая в лицо своему государю:
— К чему утопать в нечистотах, если можно устроить простейшую систему канализации? Такие были известны ещё со времён древних Месопотамии, Египта и Рима, задолго до Рождества Христова, — в глазах парня вспыхнул хорошо знакомый Его Величеству азарт. — Мы организуем сеть неглубоких каналов с естественным уклоном от устья до дальней речной петли и плотину, знаете, как бобры строят? Только чтобы можно было поднимать и опускать. И приучим людей нечистоты сливать в стоки. Вечером плотину открыли — вода пройдёт, всю дрянь и мелкий мусор за ночь смоет. Утром опять закрыли. — Он улыбнулся, замечая удивление и восторг в синеве королевских глаз. — Только камнем траншеи надо выложить, иначе размоет со временем… Да и грязь легче уходить будет. Я уже чертежи к проекту набросал и смету… Ведь на это можно будет выделить людей и средства?
Джон, изумление которого уже успело смениться пониманием, а после — очередной волной невероятной нежности, потянул обнажённого инженера за руку, притягивая к себе вновь, и утыкаясь носом в вечно пахнущую разнотравьем шевелюру:
— Шерлок, боюсь, они правы. Ты и впрямь колдун.
Преданный удивлённо поднял бровь и вопросительно хмыкнул. Мимика его венценосным любовником была проигнорирована из-за отсутствия оной в поле видимости, но заинтересованный хмык благосклонно удостоился пояснений:
— Как иначе объяснить происходящее? Кругом проблемы, эпидемия, беспорядки, Магнуссен, между прочим, наверняка снова интриги плетёт… А я счастлив, как ребёнок. Я вообще не помню, чтоб когда-либо был настолько счастлив. Веришь?
Шерлок опять хмыкнул — на сей раз абсолютно удовлетворённо — и нырнул с головой под укрывающий их мягкий плед. Джон, у которого тут же перехватило дыхание от нахлынувших ощущений, а из головы моментально выветрились все возникшие было в ней прожекты, и свои, и чужие, лишь в наслаждении застонал.
На следующий день, едва покинув стены городского кафедрального собора, Шерлок опять отправился в монастырь.
