Джон несколько секунд рассматривал нанесённый на светлую кожу замысловатый узор, выполненный в виде стилизации под медальон с вычурной буквой «U» внутри. Над татуировкой отчётливо виднелся след от клейма — переплетённые буквы «С», «А» и «М», — которые не нуждались в пояснении.
— Когда мы встречались, это, — король указал рукой на отпечатки чужой власти на теле Преданного, — было прикрыто.
— О, да! Конечно, — заёрзал купец, осознав двусмысленность своего последнего вопроса. — Я только хочу сказать, что узнать нашего воспитанника довольно просто.
— Хорошо, оставим это. — Джон Ватсон приблизился к беглецу и произнёс как можно доброжелательней: — Не стоит бояться, тебе здесь никто не причинит вреда. Доверься моим людям, и мы тебе поможем, — упрямая настороженность в зелёных глазах сменилась внимательной заинтересованностью, узнаванием и, неожиданно, равнодушием. — Капитан! — несколько озадаченный такой реакцией, король решил обойтись без дальнейших объяснений. — Отведите юношу в гостевую комнату и пусть о нём позаботятся.
Когда стражники вывели из зала на удивление покорно последовавшего за ними Преданного, господин Ромус осторожно подал голос:
— Боюсь, Ваше Величество, у ваших слуг вряд ли получится выполнить это распоряжение.
— И почему же? — на лице шотландского монарха скользнуло недоверчивое удивление.
— Потому, что приказ о демарше в кандалах и прочих, так не понравившихся Вашему Величеству, условиях транспортировки Преданного хозяину получили не Мастера Школы, а сам Шерлок.
— Постойте, вы хотите сказать… — обычно король Джон соображал довольно быстро, но сейчас смысл сказанного как-то совсем не желал вкладываться в его венценосную голову. — Вы хотите сказать, что этот человек сам… сотворил с собой такое?
— В определённой мере, — кивнул торговец. — Понимаете, каждый Хозяин знает, что никто не способен исполнить его желания лучше, чем Преданный. Изучив привычки и вкусы своего господина и имея максимально развитую интуицию и незаурядные познания в сфере человеческой души, наши воспитанники способны не просто идеально выполнить приказ — они могут его предвосхитить, угадать, сделать даже больше, чем от них изначально требуется, но исключительно в границах интересов и пользы Хозяина, разумеется. И каждый, кто встанет между Преданным и выполнением приказа его господина, рискует поплатиться своим здоровьем, а то и жизнью. Но это в самых крайних случаях, конечно, только если Идеальным Слугам не хватает их дипломатических способностей или силы убеждения.
— Я правильно понимаю, что князь Магнуссен поручил именно Шерлоку… — Его Величество снова запнулся, не зная, какие именно слова подобрать для всего этого вдруг открывшегося ему безумия ситуации.
— Точно так, сир! — пришёл на помощь более искушённый в таких делах господин Ромус. — Его Светлость прислал письмо, в котором приказывал Преданному прибыть в своё распоряжение, как только состояние последнего будет достаточно удовлетворительным для этого. Он также поручил Шерлоку позаботиться о том, чтобы его путешествие носило максимально жёсткий и наказательный характер, причём тяжесть наказания должна быть настолько суровой, насколько это может быть допустимо для выживания — и не меньше. Преданный обратился к Мастерам Школы с просьбой помочь ему как можно точнее выполнить приказ Хозяина, и мы вынуждены были пойти на это, потому что в ином случае он воспользовался бы подручными средствами, а соблюсти при этом нужный баланс между страданиями и смертью намного сложнее.
— То есть, кандалы, лохмотья и ночёвки на голой земле — это ваш способ помочь этому несчастному? — возмущение захлёстывало Джона с головой. Его лицо покраснело, а руки непроизвольно сжались в кулаки.
— Именно так, Ваше Величество, каким бы странным это ни казалось.
Король открыл было рот, чтобы задать следующий беспокоящий его вопрос, но в этот момент в столовую вошёл мажордом с крайне озабоченным выражением на худом вытянутом лице и замер, не смея перебивать Его Величество.
— Что там, Максимилиан? — спрашивая слугу, Джон уже понимал, что озабоченность старшего лакея наверняка связана с Шерлоком. Так оно, собственно, и было.
— Простите, сир, но этот… Преданный — он не позволяет прикасаться к себе. Разбил нос господину Лестрейду, когда тот хотел снять цепи. И вообще — забился в угол, и рычит оттуда, как дикий зверь, даже смотреть страшно.
— Я Вас предупреждал, — невесело усмехнулся торговец, — при необходимости он будет драться насмерть.
— Но это же абсурд! Какой в этом смысл? — шотландский монарх еле удержал на языке крепкое словцо. — Вы можете как-то на него повлиять? — обратился он к Ромусу.
Торговец отрицательно покачал головой:
— Боюсь, вам придётся вернуть его обратно под карету. По крайней мере, там он сможет немного отдохнуть.
— Ну уж нет! — вспылил Джон. — Я пока ещё король в этой стране и не потерплю, чтобы в моём королевстве кто-то игнорировал мои приказы!
С самым решительным видом Его Величество направился в гостевую комнату, из которой действительно доносился шум борьбы и ругань рассерженного начальника стражи.
