В этом вопросе даже отец Джона был уже куда скромнее, а сам правящий монарх вообще предпочитал ограничиваться заурядным куском хорошо прожаренного мяса под добрую кружку тёмного эля. Повар, хорошо знакомый с невзыскательным вкусом своего господина, обычно готовил телячьи отбивные с гарниром из не так давно завезённого в Европу картофеля или каких-нибудь овощей, которые расторопный лакей почти незаметно пристраивал на столе, ловко расчистив место от важных и не очень государственных бумаг, а затем так же тихонько забирал опустевшую посуду, практически не отвлекая Его Величество от работы.
Но в этот вечер слуга был почему-то неловок, руки его несколько дрожали, и если бы король не был так поглощён делами, он бы заметил, что лакей чуть было не уронил на пол кувшин с вином. И только когда Его Величество, не глядя, отправил в рот первый кусочек принесённого блюда, монаршее внимание, наконец, было отвлечено от очередного письма и целиком сосредоточилось на поданном ужине. Вместо привычных отбивных на широкой тарелке лежало нечто совершенно необычное, по виду напоминавшее скорее живописный натюрморт, чем заурядную провизию. Вкус и аромат блюда вполне соответствовали изысканному виду кушанья.
— И что это такое? — воззрился на застывшего слугу Его Величество, чем привёл несчастного в полную панику.
— В-вам не по-понравилось, сир? — заикаясь пролепетал лакей.
— Нет, почему же? — король подцепил на вилку очередной кусок и, отправив в рот, прислушался к ощущениям. — Очень вкусно, просто необычно. Это рыба?
— Да, Ваше Величество, — слегка расслабился слуга и налил в бокал белого вина. — Запечённая с овощами и под каким-то соусом — я не запомнил название…
— Никогда не любил рыбу, — по-мальчишески наморщил нос Джон и запил очередную порцию вином, — но это блюдо весьма недурно приготовлено. Вот только не понимаю, с чего это повар решил проявить фантазию? Ему надоело жарить телятину?
— Что Вы, сир! — снова залепетал лакей. — Мистер Робинсон никогда бы не решился нарушить установленное меню без Вашего распоряжения…
— А вот это уже интересно, — Джон даже жевать перестал, с неподдельным изумлением уставившись на слугу. — Хочешь сказать, что это готовил не наш личный повар?
— Ваше Величество! Умоляю — не прогневайтесь! Это всё он! Мистер Робинсон не хотел, но ему ведь невозможно отказать…
— Да о чём ты говоришь? Отвечай ясно и расскажи всё по порядку, — на смену удивлению пришло раздражение с лёгкой примесью беспокойства: у любого правителя всегда найдутся враги — внутренние или внешние — и если кто-то посторонний имел доступ к королевскому ужину, где гарантия, что этот неизвестный «он» не подсыпал в еду какого-нибудь яда.
Джон отложил приборы и, оправив манжеты, скрестил руки на груди.
Поочерёдно краснея, бледнея и запинаясь, лакей поведал, что после полудня на кухню зашёл тот молодой человек, которого Его Величество привёз с собой с охоты. Последние дни все во дворце только и говорят, что об этой странной королевской «добыче», поэтому и повару мистеру Робинсону, верой и правдой служившему на дворцовой кухне уже одиннадцать лет, и остальным слугам было очень любопытно взглянуть на найдёныша. Воспользовавшись всеобщим интересом к своей персоне, молодой человек заговорил с мистером Робинсоном, сделал несколько комплиментов обустройству кухни и богатому выбору специй, затем как бы между прочим дал пару дельных советов по поводу приготовления соусов, а через несколько минут уже доверительно нашёптывал расстроенному повару, что его подозрения насчёт жены и молоденького писарчука из королевской канцелярии вполне обоснованы, и если мистер Робинсон пожелает, то сможет застать наглеца в своём супружеском ложе просто вот в это самое время, если, разумеется, поторопится. А когда совершенно ошарашенный этой новостью повар растерянно пожаловался, что не может покинуть кухню, не приготовив ужин для Его Величества, подопечный миссис Хадсон заявил, чтобы тот не беспокоился и предоставил юноше самому позаботиться об этом: ему будет приятно сделать что-то полезное для Его Величества, ведь другого способа отблагодарить шотландского монарха за оказанное гостеприимство и проявленную доброту у него пока нет. Завоевав всеобщее доверие милой болтовнёй и явным знанием дела, молодой человек состряпал рыбное блюдо с каким-то непроизносимым названием, и, кроме этого, салат и десерт, вид которых говорил о том, что они вряд ли уступают главному блюду. Новоиспечённый повар собирался сочинить ещё несколько кулинарных шедевров, но его убедили, что король не любит неоправданного изобилия, после чего молодой человек согласился удовлетвориться уже приготовленным.
Не понимая, как ему относиться к столь неординарной выходке Преданного, король Джон только изумлённо почесал бровь. Пожалуй, придётся на время отложить бумаги… Он обвёл тоскливым взглядом изучаемую переписку, мысленно извинился перед аккуратной стопкой последних инженерных разработок для недавно начатого строительства форта, вздохнул… и велел позвать Шерлока.
