— Я должна буду сама понять, что это именно они?
— Мы будем держать вас в курсе.
Дама, чуть склонив голову к левому плечу, в задумчивости прошлась от одного стеллажа к другому и, остановившись у едва тлеющего камина, протянула руки к идущему навстречу теплу. Не оборачиваясь, чётко проговорила:
— Ну хорошо, допустим, я согласилась. Что я получу за свои неимоверные труды?
— О, наконец-то диалог стал конструктивным и вернулся к тому, с чего был начат, — слова, должные, казалось, прозвучать с облегчением, были произнесены ровным, безэмоциональным тоном, просто констатируя факт. Не оборачиваясь, леди решила, что неплохо бы напомнить этому железному человеку, что она задала вопрос.
— Итак?
— Кроме того, что мы обязуемся не мешать вашим личным чаяниям?
— Да, кроме этого.
Мужчина снова откинулся на затянутую тканью спинку высокого кресла и закинул ногу на ногу.
— Чего бы вы хотели? Денег? Вы сами можете назвать сумму. В пределах разумного, конечно, мы не можем разорить ради вас полстраны.
Она хохотнула, повернувшись, но, тут же посерьезнев, сочла необходимым уточнить:
— Не ради меня. Это ваши протеже. И ваше предложение. Да, деньги. И титул, который можно передать по наследству.
— Вот как? Вам УЖЕ есть кому передать титул по наследству? — впервые за весь разговор мужчина казался искренне удивлён его поворотом.
— Надо быть ко всему готовой.
— А того, которым вы… хм… грезите, будет недостаточно?
— Вопрос о достаточности и недостаточности в нашем договоре слишком абстрактен, чтобы его учитывать.
Что ж, это звучало вполне логично. Он сложил ладони под подбородком и постучал указательными пальцами по сжатым в полоску губам. В высокое стрельчатое окно проникли подкрашенные розовым лучи заходящего солнца. Пора было заканчивать.
— Согласен. Напишете сумму? — Он подвинул собеседнице лист бумаги и протянул перо, предварительно обмакнув его в стоящую рядом чернильницу. Та приняла предложенное и, чуть помедлив, аккуратно вывела на белом несколько цифр.
— Ого.
— Это вас не разорит? — язвительность дамы начинала тихо бесить, но стоит ли это показывать? Определенно…
— Нет, — дал он ответ на оба вопроса и вновь окинул укрытую тканью от любопытных глаз фигуру спокойным взглядом уверенного в себе и своих действиях человека. Она кивнула, окончательно сдаваясь в непростом диалоге:
— Каким способом вы хотели бы получать информацию?
Ответ последовал незамедлительно:
— С птицами. Так будет разумнее. Вам пришлют клетку. — И, не утруждая себя излишним расшаркиванием и дальнейшей тратой времени, продолжил, полуприкрыв глаза:
— Всего хорошего, Леди. Вас доставят, куда скажете. И не пытайтесь нас обыграть — мы с вами находимся в совершенно разных лигах. Помните: правильно расставленные приоритеты смогут гарантировать вам не только благополучие, но, вполне возможно, и саму жизнь.
Не проявив ни удивления такому завершению беседы, ни лишнего замешательства, леди присела в почтительном реверансе, затем гордо выпрямилась и безмолвно покинула осточертевшую комнату через отворившуюся перед ней и закрывшуюся следом, как по волшебству, дверь.
Плечи мужчины за столом поникли. Ухоженные ладони закрыли усталое лицо.
Пройдёт несколько минут, не более, и мир вновь увидит непоколебимого и несгибаемого в своих решениях и действиях политика, готового вершить судьбы людей, народов, стран, не взирая на потери, личные привязанности и забыв про любое проявление эмоций… Но эти несколько минут он, отпустив себя, просто побудет обычным человеком — чьим-то возлюбленным, чьим-то сыном, чьим-то братом… Так надо. Ему тоже надо. Несколько минут. Пусть этот мир подождёт.
====== Глава 13 ======
Удивительно, но после ночного разговора с Преданным Его Величество почувствовал себя гораздо лучше. Прошли тревога и тоскливое ощущение покинутости, даже головные боли больше не донимали, а сон стал крепким и освежающим. Джон не пытался найти этому объяснения — он просто радовался, надеясь, что и Шерлок чувствует себя неплохо, раз уж их эмоции так взаимосвязаны. Тем более, что государственных дел было невпроворот, да ещё и внутриимперские заботы ожидали своей очереди, и откладывать их не было уже никакой возможности.
Несколько дней король был настолько занят, что даже ужин ему приносили в кабинет, а не накрывали в малой столовой, как это было принято ещё со времён прадеда. Впрочем, у прадеда в его возрасте были уже жена и дети, да и застолья он любил устраивать пышные, как и полагалось монарху. Самый обычный обед венценосного семейства в те благословенные времена состоял не менее чем из полусотни блюд.
