— А я считаю, что внимания этой доброй женщины для Шерлока вполне достаточно, — яростно отрезал король, но тут же, опомнившись, поторопился смягчиться: — Простите, моя дорогая, но мне нисколько не импонирует идея становиться сводником, тем более, вмешиваться в сердечные дела других. И потом, я хочу, чтобы мой секретарь не отвлекался на всякого рода «определённые потребности», а был в моём распоряжении двадцать четыре часа в сутки, по крайней мере до тех пор, пока сам не пожелает обзавестись личной жизнью. Если и когда такое произойдёт, я буду рад оказать всякое возможное содействие, но своими собственными руками отдавать столь верного помощника в цепкие ручки вашей, с позволения сказать, леди Джанин — даже не просите! Тем более, что эта ветреная особа меняет предметы своих увлечений с завидной регулярностью. Если уж вам так хочется, вы можете назначить её своей статс-дамой, но посоветуйте ей подальше держаться от Шерлока: мне не нужен секретарь, замученный её женским вниманием. Пусть она обратит свой интерес на кого-то более подходящего: сына герцога Мальборо, например. Симпатичный юноша, неглупый, думаю, пойдёт по стопам своего отца — будет заведовать королевской казной и финансовыми делами. Как раз то, что нужно для девицы, подобной леди Болингброк, — Его Величество закончил свою эмоциональную тираду и, выдохнув, вновь приложился к кубку.
— Давайте не будем портить этот чудесный вечер настолько неважными спорами, мой король, — примирительно произнесла леди Морстен. — Вы правы: сегодня наш день, а остальные пусть сами решают свои амурные проблемы. И если мисс Джанин не внушает Вам доверия, я с удовольствием предложу должность статс-дамы кому-то другому, леди Хупер, например.
— Мэри, дорогая! Ваша покладистость обезоруживает, — король подхватил ручку своей избранницы и приложился к унизанным перстнями пальчикам. — Пусть выбор первой дамы будет за вами, я не хочу в это вмешиваться. Я доверяю вам, моя королева.
Лёгкая тень подозрительного недовольства, скользнув неприметным облачком по обрамлённому белокурыми локонами лицу, растаяла без следа, и леди Морстен, взглянув на Его Величество влюблёнными глазами, благосклонно кивнула.
Лучи восходящего солнца, пронизывая морозный воздух над просыпающимся Эдинбургом, на мгновение ослепили белого почтового голубя, трепыхающейся точкой зависшего над королевским дворцом. Но, следуя древнему как мир инстинкту, птица быстро отыскала нужное направление и устремилась прочь от упирающихся в лазурное небо башен. Вскоре за первым в безоблачную лазурь взмыл ещё один крылатый гонец и, сделав круг над серым камнем дворцовых стен, устремился вслед за своим собратом.
Комментарий к Глава 18 *Экосез – старинный шотландский танец.
**Мундшенк – служитель при дворе, заведующий напитками.
====== Глава 19 ======
Невесть откуда взявшийся в осеннюю хмурую пору яркий солнечный луч, насмешливо прорвавшись сквозь завесу плотных бархатных портьер, лизнул край скомканной во время беспокойного сна подушки, задумчиво переполз через широкий лоб, надбровные дуги и, наконец, уверенно добравшись до искомого, лихо впился огненной стрелой прямо в плотно сомкнутые веки.
Самое время пожелать себе, любимому, доброго утра, мм?
Только вот доброта этого утра представлялась Джону весьма сомнительной.
Его Величество, уже осознавая все неприятные последствия отгремевшего накануне веселья, попытался ещё крепче зажмуриться, но уже достигнутое явно оказалось пределом его возможностей. Не было сил ни пошевелиться, ни, тем более, отползти подальше от этого знойного солнечного активиста, насквозь прожигающего сейчас все преграды и столярным сверлом пробивающего себе дорогу прямо в Джонов многострадальный мозг. И, надо сказать, весьма успешно — голова болела просто-таки нещадно…
Чёрт бы побрал это сладковатое любимое вино его дражайшей невесты, в котором он вчера так усердно топил под самый конец праздника вновь пролезшие со всех сторон мысли…
Кстати, какие мысли? Они точно были… И предостаточно… Такие гадкие, жуткие, как пауки, они повылазили изо всех щелей, плетя вокруг него свою крепкую и липкую паутину… Король сморщил лоб… Нет… Мыслей нет… Это хорошо?.. А вина?
Джон осторожно выдохнул и, собравшись с силами, решился открыть глаза — всё равно придётся. Обвёл мутным взором покачивающиеся стены собственной опочивальни. Весьма муторно и неопределённо покачивающиеся… Такие мелочи, как прикроватный столик и возможные инструменты для реанимации бравого королевского организма, зрение фиксировать отказывалось вовсе.
Нет, вина тоже… не видно… О, господи… Бедная голова… Надо… Надо… О! Где-то всё же была мысль… Не в виде паука, а забившейся в панике под стол мышки. Тю-тю-тю… Сюда… О! Вот!!! Шерлок!
