– Не хочу, – ровно отрезаю я и делаю звук погромче вместо дальнейших объяснений.
– Кхм, ну как хочешь… – щурится Терехов слегка растерянно и уходит в гардеробную переодеваться.
Булат возвращается в спальню, когда время на часах уже подбирается к девяти. Первым делом подходит к кровати и отбирает у меня Митрофана, на котором я так удобно устроилась, заменив им подушку.
– Все, теперь я за него, – категоричным тоном сообщает мне Терехов, бросая медведя в кресло у окна.
Сам же разваливается рядом со мной на постели, закинув одну руку себе за голову, а другой укладывая меня к себе на грудь.
От близости моего мужа мне мгновенно горячо и нервно. Разогретый запах чужого тела словно накрывает вторым невидимым пледом, под левой ладонью равномерно вздымается мужская грудь и глухо отстукивает сильное сердце.Это выходит у Булата настолько просто и естественно, будто мы уже лет десять женаты и провели, лежа в этой позе, минимум тысячу вечеров. Обнявшись и пялясь в плазменный экран.
Я непроизвольно напрягаюсь, не зная, как поступить. Оттолкнуть его?
Это наверно было бы глупо…
И мне так не хочется. Мне нравится эта уютная и одновременно будоражащая близость несмотря ни на что…Она убаюкивает и отодвигает прочь все сомнения.
– Как с подружкой встретилась? – будто между делом интересуется Булат, усаживаясь повыше и подтягивая меня за собой. Обнимает уже обеими руками.
Поднимаю на него взгляд. Наблюдает за мной, внимательно и одновременно лениво. Словно изучает, не торопясь.
– Илья сказал, вы ругались, – уточняет свой вопрос Булат.
– Ничего особенного… – ухожу от ответа.
– М-м-м, – неопределенно тянет мой муж.
– Еще познакомилась с твоей соседкой, Марией, – не сдержавшись, выпаливаю.
– Нашей соседкой, а не лично моей, – ровно поправляет Булат и ни один мускул не дергается на его лице, будто эта информация вообще не представляет для него никакого интереса.
– Она о тебе очень хорошо отзывалась, – вкрадчиво добавляю я, смотря в упор на своего мужа.
Жду хоть какой-то реакции, хоть намека!
Но с таким же успехом я бы могла сообщить ему который час, наверно. Не удивлюсь, если узнаю, что в покер Булат играет очень хорошо.
– Да? Что ж, приятно…– равнодушно произносит Терехов после секундной паузы и отворачивается.
– Не кончился еще твой сериал? Может вместе что-нибудь посмотрим? – предлагает Булат, переводя тему.
При этом рассеянно поглаживает мое плечо, будто делает это на автомате. Взгляд его направлен строго в экран.
– Это последняя серия, я хочу досмотреть, интересно, – капризно бормочу полушепотом.
– Тогда расскажи хоть что к чему, – покорно вздыхает мой муж.
– Эм…– зависаю, думая, как выложить восемь часов закрученного сюжета в одном предложении, – Вот этот мужик, – киваю на актера, которого как раз показывают крупным планом, – ученый -физик, который создал огромную коробку, способную перемещать человека в разные параллельные вселенные или скорее в пространство вариантов. Коробка внутри выглядит как бесконечный черный коридор с огромным количеством дверей. За каждой дверью вариант твоей вселенной, но при условии, что ты принял другое решение, понимаешь? – с надеждой кошусь на Булата, который, расслабленно ухмыляясь, наблюдает за мной, прикрыв наполовину веки.
– Пока ни хрена, но продолжай, – фыркает.
Смеюсь и шутливо толкаю его в бок.
– В общем, у него все есть, кроме семьи, – продолжаю объяснять, – Когда-то его девушка забеременела, но он сказал, что не готов, и выбрал науку. А она бросила его и сделала аборт. И всю жизнь он мучился мыслью, правильным ли было его решение. В итоге, когда он создал эту коробку, то нашел вселенную, где его двойник выбрал семью. В этом мире они с этой девушкой женаты, у них сын – подросток, но сам он – простой преподаватель в университете и грустит об упущенной карьере. И вот тот ученый, что одинокий, похитил своего двойника, который семейный, и насильно с ним поменялся. Украл его жизнь. А семейный теперь пытается вернуть все как было. В общем, смотри, – отворачиваюсь к экрану, устраиваясь поудобней на плече Булата.
Терехов тоже устремляет свой взгляд в телевизор. Несколько минут молчим. Булат, наверно, просто пытается уловить, что происходит. А я тихо умираю от нарастающего возбуждения, совершенно перестав отслеживать сюжет.
Потому что мужское горячее дыхание путается в моих волосах, щекоча чувствительную кожу головы и рассылая мурашки по всему телу. Одна рука Терехова перемещается с плеча на мою шею, то легонько поглаживая пульсирующую венку, то едва сжимая горло. А вторая горячая ладонь ложится на мою грудь, прикрытую лишь тонких хлопком домашней футболки и спортивным лифом. Эти прикосновения мешают трезво мыслить и ровно дышать. Между ног уже влажно тянет и печет. Мне приходится прилагать усилия, чтобы не ерзать…А еще не смотреть на серые треники Булата, вызывающе приподнятые в районе паха…