Охнув, оказываюсь сидящей на его животе. Промежность чувственно щекочет дорожка жестких волос ниже его пупка. Грудь качается перед лицом Терехова. Он облизывает ее взглядом, а потом совершенно пьяно смотрит мне в глаза. Мужские руки с силой сжимают, мнут мои бедра, давя, чтобы села ниже, прямо на уткнувшийся мне в ягодицы раскаленный, твердый член.
– Поскачи на мне, – хрипло приказывает.
Жмурюсь от смущения и яркого дневного света. От странной смеси возбуждения и стыда вся покрываюсь мурашками.
– Это совсем не одно и тоже, – сиплю.
Боже, его взгляд ожоги на коже оставляет, я каждый чувствую. Пальцы до боли впиваются мне в бедра, когда он направляет их, потираясь о свой пульсирующий член.
– Да, на мне ты кончишь, вряд ли этим могут похвастаться твои лошадки, – жарко шепчет Терехов, приподнимается и чувствительно прикусывает мой сосок, поймав его в рот. Ойкаю, дернувшись. Отпускает, – Или с тобой бывало, м? Кончала от скачки? – усмехнувшись, провоцирует.
– Боже, Нет!
– Отлично, а то я уже начал к твоим жеребцам ревновать, – бормочет мой муж, садясь полностью.
Целует меня в губы, пошло и вдумчиво. Обнимает крепко, вжимая в себя. Гладит мою спину одной рукой ласковыми движениями.
Помедлив, все-таки обвиваю его плечи в ответ руками. Ерзаю на крепких, покрытых короткими волосками бёдрах, подчиняясь инстинктам. Расслабляюсь, отдаюсь поцелую…
И лишь глухо охаю, когда Булат приподнимает меня и насаживает на себя.
Ложится обратно на кровать, утягивая за собой. Медленно двигает своими бедрами вверх и вниз, входя и выходя, плотно скользя в податливом, тугом лоне. Пока у меня вместо крови не начинает течь лава, пока кожа не покрывается испариной, а в ушах не чавкают влажные, слипающиеся звуки нашего секса. Пока поясница не немеет, а между ног не нарастает требовательный предоргазменный зуд. И вот тогда Булат меня усаживает ровно, вынуждая двигаться самой, в нужном мне темпе.
– Давай, Рыбка… Давай… Ты очень красивая, охуенная… – подбадривает меня, пожирая совершенно стеклянными от кайфа глазами, пока я со стонами и правда начинаю двигаться на нем как на жеребце в галопе, жадно вбирая в себя член и извиваясь от поступающего удовольствия.
Оргазм разбивает быстро, я все мокрая. Тело беспомощно дрожит. Падаю на Булата, вяло всхлипываю, пока муж бешено долбит меня снизу, крепко держа за бедра. Лоно спазмирует. Нижняя часть тела немеет. Чувствую, как член дергается и обильно, горячо кончает в меня. Прикрываю глаза, выдыхая, рассеянно глажу вздымающуюся мужскую грудь. Дядины таблетки я вчера уже приняла и это снимает лишнюю тревожность.
Какое- то время молча лежим, опустошенные.
Булат слепо смотрит в потолок, сгибом локтя одной руки прикрыв лоб, а второй рассеянно перебирая пряди моих спутанных волос. Я же пристраиваюсь на его груди щекой и обнимаю мужа за талию, закинув на его бедро ногу.
И так легко поверить в этот момент, что у нас все хорошо. Лучше, чем хорошо. Вот только это не так…
– Кстати, Илья говорил, что ты вышла с кучей пакетов из магазина нижнего белья, не хочешь покрасоваться? – косится на меня Булат и в глазах его прыгают весёлые чертики.
– М-м-м… Нет, – отзываюсь после секундной паузы.
– Не заслужил? – выгибает бровь и легонько шлепает меня по попе.
– Нет, просто это на Новый Год, – отшучиваюсь.
– Ахах,– Булат бархатисто смеется, и я слышу, как этот смех вибрирует в его груди под моей щекой.
– Давай тогда хотя бы на мой день рождения, Наташ. Он поближе, – предлагает.
– А когда у тебя?
– Девятнадцатого ноября.
– То есть ты скорпион? Ожидаемо.... – закатываю глаза. За что получаю еще один шлепок по заднице и адресованную мне вальяжную улыбку.
– Если верить гороскопам и быть точным, то это переходный период от скорпиона к стрельцу, – вещает Терехов подчеркнуто занудным тоном, – Поэтому у рожденных в эти даты присутствуют черты обоих знаков. Но лично я в гороскопы не верю.
– А во что веришь?
– Это хороший вопрос, – и взгляд Булата, направленный на меня, внезапно становится цепким и серьезным, – Как считаешь, Наталья, я могу верить, к примеру, тебе?
У меня мгновенно пересыхает в горле. Я моргаю, стараясь сохранить выражения лица.
– Точно больше, чем гороскопам, – улыбаюсь дрогнувшими губами.
А внутри взрываются панические страхи, что он знает про таблетки и про то, что я копошилась в его кабинете. Но нет…Это глупо! Он бы прямо сказал…да?!
И я сама тянусь поцеловать мужа, лишь бы он перестал на меня так пытливо смотреть.
Оказывается, это очень удобно, когда мужчину не надо два раза приглашать заняться чем-то более волнующим, чем разговоры.
После нашего второго секса в душ я отправляюсь на дрожащих, ватных ногах.
И только, когда стою под теплыми струями воды, додумываюсь, что, вместо того, чтобы смущаться и чувствовать себя чуть ли не преступницей, надо было поинтересоваться у Булата, а сама-то я могу ему доверять?!
Точно?!
А бабы эти его? А игнорирование меня в течение нескольких дней?!
Но момент я упустила, и остается только прокручивать возможный вариант окончания беседы у себя в голове, кусая губы от досады.