Что ж, если мы проведем вместе целый день, может быть еще будет возможность откровенно поговорить?
– Боже, это всё к Егору? У него юбилей? Свадьба? Ребенок родился? Выиграл Нобелевскую премию?! – я растерянно рассматриваю вереницу припаркованных машин вокруг одного из коттеджей в самом центре нашего поселка.
Несмотря на то, что на дворе конец августа, сам дом подсвечен так, будто завтра Новый Год, а оглушающе громкая музыка долбит на всю улицу. И люди, нарядные и шумные, некоторые целыми семьями, ручейками стекаются к гостеприимно распахнутым кованым воротам. Это зрелище можно было бы сравнить с эпизодами из американских фильмов про студенческие вечеринки, если бы не разброс гостей по возрасту. Но атмосфера в воздухе однозначно летает примерно такая.
– Нет, просто у Егора суббота, – бархатисто смеется Булат, паркуясь на свободное место, – Помимо того, что он зовет кучу своих знакомых, так еще любит написать в соседский чат и пригласить всю округу. Так что каждый раз получается целая толпа. Я когда-то с ним так же познакомился.
– Правда? – с любопытством смотрю на мужа.
– Ну почти, – пожимает плечами Булат, выключая зажигание. Облокачивается одной рукой на руль, поворачиваясь ко мне корпусом, – Когда я только переехал, то снял небольшой коттедж рядом с домом Адама, чтобы осмотреться. Иногда ходил в местную качалку по вечерам побоксировать и размяться. И вот один раз ко мне привязался непонятный, очень болтливый парень. Я сначала вообще решил, что он гомик, так он настырно лез со своим дружелюбием. Даже, когда я бегал на дорожке, он с невозмутимым видом стоял рядом и травил байки. В сауну я уже просто боялся с ними идти!
Я прыскаю со смеху, представив суровое, полное подозрений лицо Булата, думающего, что его пытаются снять, в то время, как он бегает на дорожке, и веселого, болтающего Егора рядом. Булат тоже смеется, глядя на меня.
– Но обошлось без приставаний, – ухмыляется муж, вспоминая забавное прошлое, – Мы все-таки разговорились нормально. Оказалось, они с Адамом друзья. Это конечно помогло склониться к решению, что Егор не псих. И вот он меня пригласил зайти на следующий вечер к нему. Сказал, что будет соседская вечеринка. Адама в городе не было, никаких особых планов у меня тоже. И я подумал, а почему нет. Пришел, а тут чуть ли не полгорода. Очень полезно для обретения знакомств. Оказалось, дружелюбие Егора – скорее профессиональное. Он может достать кому угодно что угодно, везде у него связи, весь город в приятелях. Есть такой особенный тип людей, делают деньги из ничего. Чисто на знакомствах.
– Звучит так, будто ты ему немножко завидуешь, – мягко журю я мужа.
Он хмыкает и прикладывает ладонь к моей щеке, гладит пальцами за ушком как кошку, смотрит в глаза. Внезапной интимностью момента накрывает до слабости в коленях, как было уже сотню раз за этот день. Я перестаю дышать, замирая. Я плавлюсь в эту секунду от его касаний. Боже, я кажется по уши влюблена. И мне страшно… Страшно так, что тянет расплакаться.
Потому что я не могу разгадать собственного мужа. Мне не хватает твердой почвы под ногами. Все так зыбко.
– Не думал об этом, но может ты и капельку права по поводу зависти, – размышляет Булат, а сам смотрит мне в глаза так, что низ живота тягостно, сладко тянет, – Определенно, мне приходится больше въебывать, – щурится, – но и чужих в доме, да еще так часто, я бы не потерпел…
"Значит, я не чужая?" – почти срывается у меня с языка.
Но Булат подается ко мне и крепко целует в губы, рукой проникая под юбку и протискиваясь между сведенных вместе ног. Ребром ладони давит на трусики в промежности, трет. Всхлипываю, ниже съезжая на кресле. Обнимаю его за шею. Не хочу я уже ни на какие шашлыки. Хочу домой… С ним…
Весь день это чувственное напряжение мучило меня. И Булат был таким открытым и милым, что это больше походило на сон. Мой муж – самый обаятельный мужчина в мире, если прилагает к этому хоть капельку усилий. Даже шестилетние девочки из младшей группы в конном клубе строили ему сегодня глазки и заливались румянцем! И у меня было полное ощущение, что я мало чем отличаюсь от них.
Поначалу я стеснялась задавать Терехову вопросы на скользкие темы, но он будто сам меня провоцировал на полную открытость. Так что после того, как я провела занятия у детей, мы поговорили.
***
– Как съездил домой? – наконец интересуюсь, когда мы садимся обедать в аутентичном ресторане русской кухни при конюшне.
– Хорошо, – коротко отзывается Булат, принимаясь за борщ.
– И как отреагировали твои родители на новость о предстоящей свадьбе? – продолжаю выпытывать подробности.
Тут Булат начинает улыбаться. Качает головой, почесывая бровь.
– Как обычно. Мама схватилась за корвалол, отец посмотрел на твое фото и сказал, что я молодец, – хитро щурится Терехов, и я не понимаю шутит он или говорит серьёзно.
– У тебя есть мое фото? – поднимаю брови, чувствуя, как розовеет от прилива крови лицо.
– На твоей страничке в соцсетях, – уточняет муж.