И меня топит злостью сейчас и на нее, и на себя. На нее, что все-таки кинулась предавать, а на себя, что я так легко расслабился. Ведь знал же из какой она поганой семейки, а от осинки апельсинок не бывает. Зачем только вообще дал уговорить себя Дадурову взять долг его племянницей. Идиот…
Ну ничего, сейчас уже нормально прижмем этого старого шакала. Пусть сам теперь на своей Наталье женится и ждет, когда она ему там кого-нибудь родит. А я хочу живые активы. Прямо здесь и сейчас. И теперь он мне их точно отдаст. Осталось лишь предъявить его сговор с Рыбкой диаспоре на совете.
– Здоров, брат, что? – подошедший Адам протягивает мне руку.
Жму. Молча протягиваю ему пачку сигарет.
– Дадурова пошла документы воровать, – криво улыбаюсь, скрывая за насмешливым тоном то, насколько мне это неприятно, – Вот, отслеживаем. Тимур пишет. Сейчас будет, что ее дядюшке предъявить, – показываю экран телефона, на котором открыта следилка.
– Бля, – качает головой Адам, сжимая пальцами переносицу, – Дура, – с сожалением, Адаму Наталья нравилась, – Думал, не решится.
– Я тоже, – бормочу глухо в ответ, жуя фильтр тлеющей сигареты.
– Как считаешь? Спрячет ее дядька или в наглую тебе вернет? – Адам сверлит меня тяжелым взглядом, лицо напряжено.
– Не совсем же он идиот, – хмыкаю, отворачиваюсь и бездумно разглядываю горизонт, – Думаю, из страны вышлет вообще. Ее подружка сказала, она давно мечтала смотать. А вот и шанс…
– Мда… Факт, – тянет Адам, выпуская струю дыма изо рта.
– Кстати, у тебя есть выходы, могут рейсы в аэропорту пробить?
– Да, легко, – кивает Адам и набирает СБ нашего деда. Кратко обрисовывает кого искать.
Я в это время, закурив еще одну сигарету, продолжаю отслеживать Наталью.
Прилетает сообщение от Тимура, что он все зафиксировал и папку она взяла. Зеленая точка на экране покидает периметр моего двора.
На миг сердце замирает. Ну вдруг…
Вдруг Наталья сейчас передумает и к дому Егора повернет. Зеленая точка начинает двигаться быстрее, и бля, нет… Она несется в другом направлении. В сторону дома Дадурова и аэропорта.
Сука…
Разочарованием выедает все. Я даже не подозревал, что настолько меня это заденет.
Что это блять? Самолюбие? Гордость?
Да плевать, но мне хочется жену догнать и придушить!
Ну разве так плохо тебе было со мной?!
Поддаюсь порыву и снова ей звоню. Не знаю, на хрена я это делаю, но она в любом случае не берет. Скидывает. А потом и вовсе зеленая точка исчезает с моего экрана. Вырубила телефон.
Читаю заторможено "Абонент вне зоны действия сети"....
Сукааа…Чернотой топит внутри. Все, никаких надежд, что передумает, нет.
– Слушай, да, зарегистрирована Наталья. Рейс на Стамбул, вылет через час, чуть больше, – задумчиво тянет Адам, успевший в это время принять ответный звонок от СБ деда.
Я молча киваю. Да… Сейчас улетит.... Тру с силой грудную клетку слева. Заныло что-то внутри. Вот же мелкая сучка, а.... Ловко!
Почти…
Адам толкает меня плечом в плечо.
– Ну что, брат? Поедем – перехватим или хуй с ней? Пусть сваливает? – интересуется.
– Да пусть уж, – глухо отзываюсь. И сам поражаюсь, как хрипло звучу. Стреляю окурком в урну у фонарного столба. Отлипаю от капота и пикаю сигнализацией, открывая машину, – Поехали к Тимуру лучше. Надо по Дадурову все нормально собрать, чтобы завтра совет от его финтов охуел.
– Ладно. Погнали, – вздыхает Адам, обходя капот и садясь на переднее пассажирское.
Резко стартую, плечевой корпус забит как будто. Тело звенит напряжением. Не могу ситуацию отпустить. Пальцы до побелевших костяшек вцепляются в руль. Внутри шумит, шумит…Все громче, словно надвигающаяся лавина.
Да пошла она…! Пусть летит…
– Да и правильно, хрен с ней, – бормочет Адам, словно читая мои мысли.
Слышу это от другого человека. И в этот момент в груди что-то отчаянно рвется.
До звона ушах. И отключения любой логики. Балом правят только инстинкты.
Я резко торможу, а затем с визгом разворачиваю машину. Адам хмыкает, косясь на меня. Никак не комментирует. Только рукой вцепляется в ручку над головой.
– Может Тимура на подмогу вызвоним? – предлагает, когда видит, что я точно уже лечу в сторону аэропорта, – Хер его знает, что у Дадурова на уме.
– Да, и дедовским позвони, – бросаю отрывисто, – Мало ли.
Адам начинает звонить, а я молча утапливаю педаль в пол. В крови струится ядовитый азарт. Он настолько сокрушительный, что весь я будто застваю в этом напряжении. Ощущая погоню за желанной, строптивой добычей.
Нет уж, так просто я тебя пока не отпущу… Жена.
Я не знаю, насколько выпадаю из реальности после того, как дядя ударил меня по голове. Но возвращает меня обратно окрик Карима.
– Твою мать, а таксист?! – рычит он. И тут же водителю, – Тормози -тормози!
Джип резко останавливается. Меня впечатывает в спинку переднего сидения. Со стоном обхватываю трещавшую голову. Тошнит. Изображение плывет перед глазами, не торопясь становиться четким. Звуки глухие, будто уши в самолете заложило.
– Он же видел нас! Ее вез! Сдаст! – Карим поворачивается к дядьке, перегибаясь в переднего сидения.