– Сфай! – пресек Каззетта ее протесты. – Если я не вернусь, следуйте за водой. Она приведет вас к решетке. Та заперта, но есть ключ, высоко над аркой. Вы его не увидите, придется искать на ощупь. Но только если я не вернусь.
– Сколько ждать?
– Час, не больше. Если к этому времени не приду, значит я мертв. Тогда идите к Сфона. Они настоящие друзья, смогут тайно вывезти вас из города в свой кастелло в Ромилье. Потом вам нужно будет двинуться на юг. Отправляйтесь в Торре-Амо.
– К Филиппо? – изумленно спросил я.
– Если он жив. Если нет, ко второму управляющему. Торре-Амо контролирует значительную часть состояния вашего отца. Это самая богатая ветвь. – Он стиснул мои плечи. – Понимаете?
Я оцепенело кивнул.
– Хорошо. А теперь не дайте этому человеку умереть!
Каззетта скрылся в тоннеле. Челия крепко сжала меч, глядя ему вслед. Мгновение спустя она подошла к одному из мертвецов и принялась нарезать его одежду на бинты. Потом прижала грязные тряпки к сочившейся кровью ране.
Лицо Челии было бледным и призрачным, мрачным от напряжения. Наверное, я выглядел так же. Вода капала и журчала. Я задумался о том, что произошло в нашем палаццо. Погиб ли отец? И вся моя семья? Остался ли я последним Регулаи?
При этой мысли на меня обрушилась сокрушительная тяжесть.
Я попытался успокоить дыхание, громко звучавшее в ушах. Представил, будто чувствую на себе взгляды. Взгляды всех обитателей катакомб. Всех существ Наволы. Всех, кто ждет, что произойдет с архиномо ди Регулаи. А потом возникло кое-что еще: подкрадывающееся ощущение силы. Силы драконьего глаза. Прижатый к моей груди, он вновь пробудился.
– Давико! – позвала Челия. – Помоги мне!
Я понял, что всматриваюсь в глубины глаза. Я не знал, сколько времени прошло. Стряхнув с себя оцепенение, я с тревожащей неохотой отложил глаз.
Челия склонилась над раненым, пытаясь остановить кровотечение. Все тряпки промокли насквозь. Очевидно, я надолго потерялся в артефакте. Глаза убийцы были открыты. Он был в сознании, смотрел на меня. Попытался что-то сказать. На губах пузырилась кровь.
Я наклонился к нему.
– Кто тебя послал? – спросил я. – Кто тебя послал?
Повинуясь внезапному порыву, я схватил драконий глаз. Положил под руку убийцы и снова спросил:
– Кто тебя послал?
Но теперь глаз казался мертвым.
Раненый облизнул губы. Что-то прошептал. Я склонился ближе, пытаясь разобрать его последние слова, гадая, что следует испытывать к нему: жалость, отвращение или ненависть.
Он вновь попытался заговорить, но слова обернулись булькающим выдохом. И он умер. Его тело обмякло, как бывает, когда человека покидает душа. Я отпрянул, ожидая, что дракон вновь станет кормиться, но глаз спал.
– Что ж, – вздохнула Челия, – теперь мы никогда не узнаем.
Я смотрел на несостоявшегося убийцу. В этот миг я осознал, что он молод. Ненамного старше нас. Он мог быть студентом университета. Вполне мог, учитывая участие Пьеро в заговоре.
Я сел на корточки. Было странно думать об этом. Юнец всего на пару лет старше меня сидел в засаде и ждал нас, чтобы убить.
В темноте раздалось эхо шагов.
– Прячься, – прошептал я.
Мы ускользнули подальше от мертвецов.
Шаги и факелы. Эхо человеческих голосов. Появился Каззетта, сопровождаемый солдатами с эмблемой в виде волка и солнца – символом элитного подразделения люпари.
– Выходите! – позвал Каззетта. – Заговорщики мертвы. – Он посмотрел на нашего пациента. – Больше не дышит?
– Да.
Каззетта поморщился, словно съел что-то тухлое.
– Не важно. – Он махнул люпари. – Отнесите трупы наверх и повесьте вместе с остальными. На балконах палаццо, на городских воротах. Перед Каллендрой и у катреданто. Пусть висят на виду у вианомо. – Нахмурившись, он посмотрел на мертвого юношу. – Улица увидит их – и улица скажет нам имена.
КАНИ ИНГРАССАНО
ПСЫ ЖИРЕЮТ
В
Имена произносили шепотом. Имена мертвых, имена тех, кто на нас напал.
Домионо Ассиньелли.
