Сейчас ржавое колесо находится на почетном месте в его кабинете, вместе с бутылками из-под пива. Из двух этих бутылок он даже выпил, не вымыв их заранее.
Клоду попался документальный фильм про рыбалку с помощью магнита. Обычно так рыбачат с мостов, но что ему мешает ночью тихонько отплыть от пирса на лодке, нарезая плавные круги с помощью GPS? Кости магнитом не выудишь, это понятно, но какие-то находки возможны. Набор для такой рыбалки он уже заказал. Это просто большой неодимовый магнит с тросом и соединяющий их карабин. Чем проще, тем лучше, разве нет?
Все лучшие слэшеры – сама простота.
Чем плох этот: убийца, как из фильма Роба Зомби, сбегает из-под стражи, заходит в небольшой городок, вовсю потрошит школьников, но находится отважная девушка, которая в конце концов прерывает вакханалию. Все происходит в течение суток или полутора; при этом на город обрушился снежный буран, шерифа нет, телефоны не работают, электричество едва дышит.
Каков сценарий! Что может быть лучше?
И он идет по страницам этого сценария с Джейд, с ума сойти, Дэниэлс.
Если следовать ее правилам, Лонни – это прелюдия к третьему циклу трупов, так? То есть большой банкет уже начался либо вот-вот начнется.
План Клода – превратиться в Гейл Уэзерс из «Крика» и поснимать скрытой камерой, как у Кенни. Только у него камера будет в нагрудном кармане куртки, чтобы объектив выглядывал наружу. Надо только улучить минуту и побыть одному, стереть все с телефона, освободить место для того, что он сумеет запечатлеть.
Только куда Джейд их ведет? На почту, в библиотеку? Нет, в полицейский участок, к шерифу. Ага. Вряд ли банкет разворачивается там. Школьникам там делать нечего, а замашки слэшера Джейд известны лучше, чем кому-либо.
Клод замедляет шаг, Джейд оборачивается, в неподвижных глазах ни тени улыбки. Наверное, думает, что этого поклонника слэшеров тормозит Лета. И берет у него лыжи, которые он тащит за собой, прихватив их нейлоновым тросом из своего рюкзака.
Подобно дровосеку, она закидывает лыжи на плечо и топает дальше, расталкивая снег своими насквозь вымокшими и промерзшими ботинками. Клод хочет выйти вперед и прокладывать дорогу: все-таки у него лыжные ботинки – не самый лучший вариант для похода, но и не самый плохой, – однако немного сбивает с ритма отяжелевшая Лета.
Клод смотрит на ее разбитое лицо, оставляя без внимания ее вздымающуюся грудь. Не потому, что Лета чернокожая – он за равные возможности для всех, – просто по возрасту на девушку из слэшера она уже не тянет.
Старшеклассницы – вот где самая клубничка, верно?
Когда он спросил, из-за кого весь сыр-бор в этот раз, Джейд назвала Синнамон.
Технически она по возрасту не проходит, но, в принципе, выбор неплохой. Правда, его задачу это усложняет, но… нынешние убийцы важнее старой неприязни, так?
Но что сделала Синнамон, чтобы до такой степени «завести» Мрачного Мельника? Блуждающий из штата в штат маньяк, получивший повышение до уровня слэшера, никак не мог видеть Синнамон в кабинете Клода: как она сдвигает на глаза ковбойскую шляпу, будто Джессика Альба из «Города грехов», а потом из воображаемых револьверов расстреливает стену с висящими на ней масками. Он мог бы счесть это неуважительным? Ее бездумные действия, когда не было объекта ни для шуток, ни для преступления – что, если они насытили Синнамон радиацией, на которую клюют слэшеры?
На последних девушках, когда они вступают в кровавый бой за справедливость, обычно надето больше, чем бюстгальтер и ковбойская шляпа, но… сейчас двадцать первый век. А когда этот рубеж останется позади? Неужели мотивация на такие подвиги продержится еще восемьдесят один год?
Клод на это надеется.
А потом – вторая звезда справа, будет светить до самого утра, вплоть до 2455 года, года «Джейсона Х».
Как пить дать.
И то, что снимет Клод про этот цикл слэшера, сыграет свою роль. А все потому, что он вышел на лед, играя в «Занавес». Потому, что ему попалась на глаза реклама, и он сделал вид, что жаждет преподавать историю штата Айдахо в школе.
Клод знает: шериф думает, будто он пишет книгу о «Бойне в День независимости», но его планы гораздо шире. Все собираемые им сведения предназначены для частной коллекции, которая в один прекрасный день станет музеем. В первой комнате будет видеопрокат, но потом ты проходишь через плотный и темный занавес – и попадаешь в хранилище памятных вещей и реквизита. Под стеклом хранятся висевшие в фойе кинотеатров фотографии и кинопленка – то есть ты попадаешь в самый что ни на есть дворец кино. А следующая комната, что вполне логично, содержит оригиналы и подлинники для показов на экране: отрывки из видео, которое Клод вот-вот снимет в эти холодные пруфрокские сумерки… Он создаст новый центр слэшерского царства, каким когда-то были Хэддонфилд из «Хэллоуина» и Хрустальное озеро из «Пятницы, тринадцатого» и каким по сей день остается Спрингвуд – город, где находится улица Вязов.
