ААРОН: Я бы не променял тебя ни на какую работу.
D1V: ♥
ААРОН: Ничего ты плохого не делала, ясно? Не твоя вина. Найду что-то другое.
D1V: И как так выходит?
D1V: Вроде ничего не делаю, а дорогие мне люди все равно страдают.
D1V: Ребекка. Мама. Ты.
Я выдыхаю, встаю и снова направляюсь к дому Райана. Обычно добираюсь туда минут за пять, но сейчас заболтался с D1V. Я и в лучших обстоятельствах не умею печатать и шагать одновременно, а уж слова «дорогие люди» и «ты» лишь усиливают вихрь эмоций, и без того бурлящий в моей груди. Еще и смайлик в виде сердца. Что же она мне пришлет?
ААРОН: Я в порядке. Правда. Сосредоточься на себе.
D1V: Не очень-то у меня такое получается.
D1V: Черт, да я стримы веду, лишь бы помочь маме. Плачу с донатов за ее обучение.
D1V: И за аренду. И за продукты.
ААРОН: Ого. Не знал, что все так серьезно. Извини.
ААРОН: Столько можно поднять на стримах? Обалдеть.
D1V: Кто-то на них круто зарабатывает. Я – нет. Ну есть немного, но в основном живем за счет спонсорской помощи.
D1V: Интегрирую рекламу. Иногда продаю то, что мне присылают.
D1V: Это и есть основные доходы.
ААРОН: С ума сойти. Нелегко тебе приходится.
ААРОН: Как жаль, что твое увлечение дается тебе таким трудом.
D1V: Ничего, мама уже почти доучилась.
D1V: Получит сертификат – и могу сворачиваться. Пока не решила.
ААРОН: Еще бы, понимаю.
– Аарон!
Я слышу крик Райана. Отрываю взгляд от чата и понимаю, что проскочил мимо и уже забрел дальше на два дома. Я оборачиваюсь. Райан сидит у себя на крыльце с блокнотами машет мне рукой. Я иду назад, друг качает головой, трясясь от смеха, а затем возвращается к рисованию.
– Привет. – Я киваю и сажусь на старые деревянные ступеньки.
Дом его родителей вроде как смахивает на стиль шебби-шик, мама Райана утверждает, будто так и задумано, но сам он клянется, что родители просто ленятся. Грязно-белая краска на сайдинге кирпичного цвета шелушится. А дверь отчего-то ярко-красная и резко выделяется на общем фоне. Зато ящики с зеленью на окнах в идеальном порядке, и в целом дом будто сошел со старой открытки. Его постоянно фотографируют и выкладывают в инстаграме.
И все же, когда каждое лето приходится вылавливать из напитков кусочки краски, очарование тускнеет так же быстро, как цвета на фасаде.
– Ты ж так под машину угодишь, – говорит Райан, кивая на мой телефон. – Он и тебе звонил, да?
– Ага. – Я смотрю на руки. – Прости, что тебя тоже выгнали. Паршиво быть моим другом.
– Так-то да, но не поэтому. – Райан шутливо пихает меня плечом. – Серьезно, мне плевать. В статьях обо мне ни слова, только о тебе. Чего тогда и Лору заодно не выгнать? Вообще всех, кто с тобой связан? Все это чушь собачья, так что пошел он вместе со своими контрактами.
– Стой, так ты ничего не подписал? А Джейсон сказал…
– Фиг там, – вспыхивает Райан, закрывая блокнот. – Не собираюсь дарить ему свои арты за обещание, что он когда-нибудь мне заплатит. «Ну слили ее, ну и что?» Да реально, что такого, подумаешь, люди иногда из-за этого гибнут. Пусть даже не заикается. Посмотрим, как он выпустит рабочую демоверсию игры за две недели без рисунков и без истории. И все потому, что испугался каких-то придурков в интернете? Да на фиг.
Мне хочется обнять Райана.
Что я и делаю.
– Да ну тебя, чувак, – ворчит друг, выворачиваясь из объятий, и ухмыляется. – Как там твоя подружка? Ну та, что разрушила твою карьеру, мою и вообще наш геймерский мирок на уши поставила?
– Эй, она не виновата…
– Да шучу я. – Райан вновь открывает блокнот. – Как она? Новости есть?
– Ничего. С тех пор как… ну, все случилось. Мне просто так паршиво. Ее мама. Эти уроды. И я не могу их отследить или чем-то помочь. У полиции даже версий нет. Все тролли сидят под пустыми профилями, и все это… очень давит на нервы.
– Как по мне, если собираешься стать монстром, то должен хотя бы набраться смелости и объявить миру, что им являешься, – комментирует Райан, царапая что-то карандашом. Я смотрю поверх его руки и замечаю, что он работает над каким-то драконоподобным существом. – Если так гордишься своими извращенными взглядами, что идешь и в реальной жизни обижаешь людей, то хоть лицо покажи.
