– В тот день… в первый день зимы его величество поговорил со мной. Сказал, чтобы я не питала иллюзий насчёт отношений с ним и признался, что помолвлен с тобой, но тайно. Ты не представляешь, как я взбесилась. Я никогда в жизни не получала отказов, понимаешь? Никогда! Я всегда была хорошей, примерной, разумной и за это меня поощряли всем, чем могли. А тут… ты словно любимое и вкуснейшее пирожное у меня увела. Я так злилась.
Откровение Айрис удивило меня, хотя оно полностью совпадало со словами Макса.
– Извини, – наконец выдавила дочь маркиза. – Я не должна была претендовать на то, что уже было твоим, заставила тебя думать, что я твоя соперница. Мне так неловко от этого. Я ведь даже попросила его величество помочь с поступлением в эту академию только для того, чтобы показать тебе, что я лучше… это ужасно с моей стороны, да? Меня так заботит то, что я должна быть во всём лучшей, что мне самой тошно от этого.
– Айрис…
– Не утешай меня, Купава, я сама понимаю, как ужасно себя вела.
– Не ужасно, – отозвалась я и сжала руку девушки, – наоборот, ты позволила мне увидеть мои чувства и понять, насколько Макс мне дорог. Я очень люблю его. И я благодарна тебе за твоё откровение. Спасибо, что не оставила между нами тайн. Ты чудесная. Я уже говорила тебе об этом и повторяю вновь.
– Знаю, что чудесная, – вздохнула дочь маркиза, – в этом и проблема. Меня все хвалят, все говорят, какая я замечательная, а я всё пытаюсь соответствовать этим словам, сама не замечая, насколько вцепилась в свой собственный образ. И только из-за этого мальчишки, – Айрис фыркнула в сторону, куда ушёл младший принц Авероса, – порой теряю маску совершенства. Но знаешь, – она закусила губу, – я поняла, что для счастья не обязательно быть идеальной.
– Более того, для счастья нельзя быть идеальной, – доверительно сообщила я, наклонившись. – Что такое идеальный человек? Это удобный для всех и вся. Не нужно быть удобной, нужно быть собой, прислушиваться к своим желаниям и потребностям.
Айрис кивнула. Мы помолчали, встретились взглядами, а затем рассмеялись. Не знаю, кто из нас первой потянулся за объятиями, но мы обнялись и постояли так пару минут. Кажется, нам обеим это было нужно.
– Спасибо, Купава, ты многое заставила меня переосмыслить.
– Мы обе повлияли друг на друга.
С этими чудесными мыслями мы направились к общежитию. Но дойти не успели – на подъездной дорожке стояли кареты с гербами Раманских, от радости я едва не подпрыгнула и побежала встречать Максимилиана.
Но из кареты вышел не он, а её вдовствующее величество королева Рамании Эления. Я стушевалась. Вдовствующая королева бросила взгляд за мою спину, на застывшую позади Айрис, и, широко улыбнувшись, поспешила к девушке.
Айрис отмерла и запоздало опустилась в реверансе. Я, к слову, тоже, но меня проигнорировали, поэтому пришлось стоять в полуприседе, ожидая, когда её величество позволит мне подняться. Я могла сделать это и сама, но какой-то частью души мне прежде всего хотелось получить её одобрение.
Видимо, в следующей жизни.
– Айрис Эйфери, полагаю? – ласково спросила её величество и дотронулась до подбородка девушки. – Встань, дитя моё. Позволь тобой полюбоваться. Слава о твоей красоте облетела весь мир.
– Ваше величество, вы слишком великодушны. Я не заслуживаю такой доброты…
Я всё-таки выпрямилась и с вызовом посмотрела вперёд. Дочь маркиза уловила что-то неладное и нервно улыбнулась королеве, бросив испуганный взгляд в мою сторону. Что ж, пасовать я не привыкла.
Я направилась вслед за Эленией, встав по правую руку от неё.
– Ваше величество, рада вас приветствовать. Не ожидала нашей столь ранней встречи.
– Ваше высочество, вы весьма нетерпеливы для той, кто желает стать женой моего сына, – едко откликнулась королева и опустила взгляд на мою руку. – Я не дала своего согласия и не одобрила эту помолвку.
Краем глаза я заметила, как любопытные студенты вывалились из окон общежития. Не то чтобы их интересовала я, скорее, услышали ржание коней, а потом уже заинтересовались королевскими экипажами и, разумеется, нами.
Айрис затравленно переводила взгляд с меня на её величество и обратно, скорее всего, желая оказаться как можно дальше отсюда.
– Полагаю, мне следует радоваться независимости моего будущего супруга от чужого влияния. – И прежде, чем она прицепилась бы к слову «чужой», добавила, сделав книксен: – Вновь сердечно благодарю вас за такое чудесное воспитание. Мне ещё предстоит многому научиться у вас.
Эления теперь полностью развернулась ко мне, сверкая взглядом. Я не хотела с ней воевать, наоборот… но как же тяжело было сдерживаться.
– От тебя так просто не избавиться, как я погляжу, юная принцесса Бриоля, – почти восхищённо произнесла женщина и вновь осмотрела меня, только презрительно. – Не желаешь ли послушать оперу?
– Давно мечтала, но в прошлый раз не удалось попасть. Буду благодарна за приглашение.
Я осознавала, что выход в свет вместе с её величеством – это заявление. Но вот какое – будет зависеть от меня. Уверена, у королевы свои планы на этот вечер, но я рассчитываю их скорректировать.
