— Там всё просто, — шепнул брат. — Тем более сейчас, когда тепло, вся дичь повылазит! Я был в охотничьем патруле, мы специально недолго ходили, чтоб вам осталось, — он был странно спокойным. Куда подевался тот вздорный вспыльчивый кот, который доставал всех одним своим существованием? Рассвет похлопал Крылолапа по плечу и повернулся к Пшеницелапке, что-то быстро зашептав. У той была чуть ли не целая группа поддержки: Ночница, Уткохвост, Морошка с Одноцветом, Пухолап, Канарейка. Котята тоже крутились рядом. Цветиночка успела пискнуть «Удачи» прямо перед тем, как Легкокрылка дала команду выступать. Обернувшись через плечо, он увидел гордых родителей и воодушевленных соплеменников. По крайней мере, сегодня Билл не будет снова отравлять жизнь котов. Эту радость ничто не затмит. Вдохновлённый поддержкой близких, Крылолап решительно потрусил вслед за остальными к холму, где было начало пути.
— Кхм-кхм, ещё раз доброе утро, — бодро сказала старшая воительница, оглядывая свой отряд. — Начнём. Правила охотничьего испытания просты. Каждому даётся свой маршрут, и он должен пройти по нему, а параллельно находить дичь. Чем больше дичи — тем лучше. Экзаменаторы будут следить за вами с расстояния, так что мешать не будут. Оценивается правильность нахождения точек маршрута и тактики охоты. Ну и, конечно, сколько поймали.
Она помолчала. Крылолап задумчиво кивнул, прокручивая её слова в голове. Звучит достаточно просто. Территорию он знал на отлично, а с охотой как-нибудь справится. Он глянул на Пшеницелапку, надеясь, что та наконец подучила, где что находится, и сможет всё сдать.
— Маршрут для Пшеницелапки — кроличьи норки, граница с Рекой, ближайший к лагерю ручей, — проговорил Буревестник. Сестра закивала; по-видимому, она знала эти места.
— Маршрут для Крылолапа — два ручья, озеро, тренировочная ложбинка, — сказал Серогрив. Кот с облегчением вздохнул. На таком расстоянии будет достаточно времени для ловли дичи по пути.
— Готовы? — Легкокрылка дождалась согласных кивков. — У вас время до полудня, чтобы вернуться в лагерь. Вперёд!
Крылолап сорвался с места, не давая себе опомниться, и побежал к двум ручьям. Это место он знал хорошо; от лагеря нужно было лишь слегка свернуть в сторону и идти прямо, пока не услышишь журчание воды. После минуты бега он замедлился и принюхался, стараясь отыскать запахи добычи. У двух ручьев обычно бывали кролики и мелкие грызуны, возможно, ближе к первой точке ему повезет? И тут же кот почуял теплый, свежий запах и припал к земле. Шаг за шагом он полз, ведомый ароматом кролика, и вскоре увидел самого зверька. Тот сидел на земле, двигая ушами. Крылолап подобрался поближе и выскочил на кролика; тот рванулся в сторону, и оруженосец бросился за ним, радуясь возможности хорошенько размять лапы. Судорожный бег кролика не мог сравниться с чёткими прыжками кота, и вскоре Крылолап налетел на добычу и впился зубами в её горло, привычно увернувшись от лап. Он огляделся, ища место, где можно спрятать дичь, и заметил небольшой сугроб. Там он и оставил кролика. Уже уходя, он обернулся и заметил промельк серой шерсти в том месте, где спрятал добычу. Хорошо, значит, за ним все ещё присматривают, и дичь заберут.
Он покрутил головой, и плеск незамерзающего ручейка подсказал ему, что он выгнал кролика как раз к двум ручьям. А вот и первая точка! Преодолев небольшой бугор, оруженосец выбрался к месту, где малый поток впадал в больший, образуя единый ручей. Он принюхался, но, как назло, ничего здесь не учуял. А жаль. Быстро глотнув леденящей воды, он подумал о следующей точке маршрута. Озеро. Это легко. Взобравшись на ближайший холм по осыпающимся грудам снега, он глубоко вздохнул, и влажный ветер подсказал ему, в какую сторону идти.
Крылолап сбежал вниз по склону и неторопливо побежал по снегу и земле, поглядывая на безоблачное, безукоризненно голубое небо, где сияло солнце. Времени ещё полно. Он поискал запахи, но учуял только следы племени Ветра, оставленные, видимо, утренними охотниками. К удивлению для себя он перестал волноваться. Дело полностью увлекло его, и теперь кот думал только о том, как пройти маршрут и наловить дичи, а вовсе не о том, справится ли он и что будет потом. Через некоторое время вдалеке показалась блестящая кромка озера, и он вновь вдохнул поглубже. На этот раз ему повезло. Уже у самой воды охотник почуял аромат мыши и пополз по следу, радуясь, что ветер относит запах в сторону. Точным прыжком он настиг маленького зверька, и тут же из-под куста выскочила вторая мышь; забыв обо всём, он прыгнул за ней и неуклюже растянулся на снегу, всё-таки сумев схватить дичь когтями. Он поднялся; уши у него горели от стыда. Наверняка Серогрив видел это. Да уж, выискался воитель — даже мышь поймать не может. Сунув оба тельца под тот самый куст, он повернулся спиной к воде и побрел к последней точке — тренировочной ложбинке.