— Я не знаю ваших тайн и не требую их мне раскрыть, но не думаю, что из-за этого вам стоит ругаться, — сказал он и шаг за шагом отошёл от спорщиков. Пшеница виновато понурилась.
— Так, давай сразу скажу: я буду, буду работать. Просто дай мне времени.
— У нас нет времени, Пшеница, — Крылатый оглянулся. — И, кстати, ты подумала насчёт Канарейки?
— Ой, а сегодня она какая-то вся не в себе, — вдруг вспомнила кошка. — И Уткохвост… он на неё накричал.
— Правда? Отчего же? — она заметила, как брат уставился на неё с интересом, и приосанилась. Вот теперь сразу ясно, кто в паре главный!
— Не знаю. Она спросила, как дела, а он начал кричать странные вещи, что-то вроде «легко надевать маску невинной». Как будто не в себе…
— Так… интересно, — Крылатый кивнул самому себе. — Ладно, я к нему зайду. А ты попытайся сделать что-нибудь полезное!
— Я сделаю! Хватит на меня давить! — выпалила Пшеница. Спокойствие, принесённое Рассветом, уже улетучилось, и она вновь почувствовала раздражение. Да что Крылатый вообще понимает?
— Ты же понимаешь, что если бы ты уже что-то сделала, Уткохвост мог бы быть здоров?!
— То есть, я ещё и виновата? — голос сорвался на полувизг. — Да ты, да я… Это не моя вина! Я не могла знать, что так будет!
— Ты должна была давным-давно довести свою миссию до конца, но вместо этого узнала имена нескольких бродяг и ходишь довольная! — кот нахмурился. — А, что с тобой говорить. Пойду к Уткохвосту.
— Вот и топай, раз такой умный!
Внутри зудело непонимание, распаляя и без того сердитую кошку. Ну почему, почему?! Почему Крылатый её просто не оставит в покое? Почему нельзя понять, что она сама решит, когда и что делать? Как будто бы он здесь всё решает! Раз её — её, а не брата! — выбрали Избранницей, значит, она круче всех и должна сделать выбор сама.
«Зайцеголовый Крылатый, — надувшись от дурацкой обиды, подумала Пшеница. — Рассвет хотя бы не знает о пророчестве и не донимает меня всякими там лекциями! А этот? Брат называется!»
Она посмотрела в сторону друга, который сидел со своими матерью и сестрой на другой стороне поляны, и решительно пошла к ним. «Рассвет хороший. Он не лезет в чужую жизнь и всегда меня защищает! Не то что некоторые!»
— Снова привет, — постаралась дружелюбно поздороваться кошка со всеми тремя и присела рядом с другом. После переплела свой хвост с рыжим хвостом Рассвета и глубоко вздохнула.
Комментарий к Глава 49.
Эм, надеюсь, вышло норм?))
========== Глава 50. ==========
Тихое утро постепенно, будто нехотя, заполняло собой закоулочки громадных холмистых пустошей. Оно виделось в тонких, прозрачных солнечных лучах, слышалось в первом копошении зверьков, чувствовалось в свежем, пропитанным росой воздухом; оно являлось в розоватых краях облаков и холодке просыпающейся земли. Прилетал с ветром первый клич жаворонка, дрожащий и звенящий, а жизнь, набирая силу, бежала за ним, чтобы пробудить ото сна каждое создание на холмах. Она не знала, что хозяева этих земель уже давно выбрались из уютных гнёздышек.
Крылатый легко переставлял лапы. Шерсть намокла от росы, встопорщилась, а он раздвигал траву и вереск плечами, даже не задумываясь о движениях. Вчера, после небольшого свидания с Цветинкой, ему казалось, что голова освободилась от тревог, но сегодня назойливые мысли снова ворвались в неё, как стайка бабочек с огромными каменными крыльями.
Кот сомневался в своих догадках, но всё же давал им шанс на жизнь. Уткохвост не смог рассказать ничего нового, хотя у его злости на Канарейку действительно были основания. Из рассказа Одуванчика ничего толкового извлечь тоже не удалось, а к самой Канарейке Крылатый не заходил. Он знал, как непросто приходится королеве, но это не оправдывало её действий в тот день.
Если все слова рассказчиков правдивы, то на Канарейку падал целых ворох подозрений. Входили ли в её план — её с Биллом, как полагал Крылатый, план — Уткохвост и Одуванчик? Скорее всего, нет. Пёстрая болтушка могла быть острой на язык или обидчивой, но, даже зная её поверхностно, Крылатый не мог представить, чтобы она намеренно повела в ловушку соплеменника. Возможно, всё это было задумано только бродягами.
А может быть, он знал эту кошку недостаточно хорошо?
И всё же её вина ясна, как день. Она не позвала на помощь, не попыталась помочь, не отвлекла бродяг. Что бы там ни говорила Пшеница, нельзя закрывать глаза на такое.
В последние несколько дней коты старались избегать конфликтов с Канарейкой. Даже если кто-то размышлял о её роли в истории с Уткохвостом (ну не мог же таким заниматься один Крылатый?), многие жалели её из-за тяжёлого состояния самой кошки и её новорождённых сыновей. Ласка так и вовсе почти переселилась в детскую: она опекала подругу и котят, будто это её собственные дети. Конечно, слухи и сплетни просачивались в разговоры Ветряных, но недовольные просто не общались с Канарейкой. В противном случае уже давно вспыхнула бы ссора. И всё-таки, почему даже лидер племени бездействует?