И однажды ей повезло. Во время своей обычной поездки по степи её верховой вамми подвернул ногу. Травма была неопасной, но передвигалось бедное животное хромая, и Таури-Мо могла идти только пешком, так что вернуться в свой дом к вечеру женщина не успела, и ей пришлось заночевать в степи. Огонь Таури-Мо разводить не стала, просто прижалась к тёплому боку кобеля-афарра и спокойно заснула, окружив себя и пасущегося вамми волосяными верёвками, чтобы обезопасить от неугомонных степных змей.
Проснулась она оттого, что её верный сторож напрягся и тихо заворчал. Женщина нашарила нож и осторожно подняла голову, стараясь разглядеть, что творится в степи. И тут же её прошиб холодный пот. По степи бежала молодая девушка – босая и почти обнажённая, если не считать какой-то тряпки, которой были перевязаны её бёдра. Девушка явно бежала давно – она шаталась, спотыкалась, но даже не думала останавливаться. Ибо преследовал её поистине ночной ужас.
Призрачные, светящиеся зеленоватым светом фигуры, напоминающие человеческие и одетые в доспехи искусной работы, неслись следом. А верховыми животными им служили юркие и проворные ящеры, размером чуть побольше вамми, с зеленоватой осклизлой чешуёй и оскаленными зубами. Причём погоня длилась в полной тишине, так что можно было принять и девушку, и её преследователей за призраков.
Таури-Мо в призраков не верила, поэтому сразу поняла, что странные всадники, преследующие девушку, не кто иные, как подземники. Поэтому она лишь холодно улыбнулась и приготовила к стрельбе особые болты с серебряными наконечниками. От старой колдуньи в своей деревне она слышала, что порождения ночи не терпят серебра. Верить она ей не слишком поверила, но пару десятков болтов с подобными наконечниками тоже изготовила – мало ли что? Вот и пригодилось.
Нескольких Таури-Мо расстреляла из арбалета, прочие почему-то поспешили ретироваться, оставив преследуемую наедине с Таури-Мо. Сама же Таури-Мо не стала дожидаться, пока порождения ночи вернутся. Она кое-как усадила полубессознательную от всего пережитого девушку на хромающего вамми и отправилась домой, вздрагивая от каждого шороха. Ей всё казалось, что ужасные охотники возвращаются.
Но Таури-Мо повезло. Она благополучно вернулась домой и привезла с собой спасённую девушку. И женщина готова была поклясться, что девушка не принадлежит к подземникам – это была обычная человеческая девушка. К сожалению, сразу расспросить несчастную ей не удалось – от всего пережитого у спасённой началась лихорадка, и две недели несчастная находилась между жизнью и смертью. Таури-Мо, которая не владела целительством, впервые пожалела, что осталась в приграничье одна. Ей оставалось только поить девушку травяными настоями и надеяться, что молодой организм справится с болезнью сам.
И через две недели спасённая пришла в себя. Сначала она не могла поверить, что Таури-Мо желает ей добра, и пряталась под одеяло, сжимаясь, как пугливый зверёк. К тому же за годы, проведённые в плену у подземников, она почти позабыла человеческую речь.
Но время и терпение Таури-Мо сотворили чудо. Девушка доверилась ей, вспомнила своё далёкое детство и ужасное нападение подземников на родную деревню. Она оказалась в числе пленников, захваченных одними из первых.
То, что рассказала девушка, которую Таури-Мо назвала Ринни (Птичка), ибо своего настоящего имени она не помнила, было просто чудовищно.
Оказалось, что подземники не просто так похищали людей. При любом нападении обязательно присутствовали маги, которые приказывали забирать жителей из похищенных деревень, руководствуясь какими-то своими критериями. А потом их увозили и заточали в темных, сырых и вонючих пещерах. Кормили пленников какой-то кашей из грубых зерён, иногда давали жёсткое вяленое мясо или склизкие противные грибы. В подземельях было холодно и страшно, но пленники старались хоть как-то помогать друг другу, особенно детям.
Но самым ужасным было то, что в пещеры, где содержались пленники, часто приходили маги подземников – в серых плащах с капюшонами, с лицами, закрытыми масками, они двигались бесшумно и наводили ужас на пленников. Противостоять и ослушаться было невозможно. И всякий раз они уводили с собой людей. Иногда они возвращались. Чаще – нет.
А возвратившиеся шёпотом рассказывали другим взрослым о чудовищных опытах… о лабораториях, где кипят котлы с едким варевом, о пленниках, с которых заживо сдирали кожу и расчленяли для каких-то ужасных и неведомых целей.
Взрослые старались, чтобы дети не слышали их рассказов, но дети всё равно всё знали. И ужасались, не понимая, чего от них хотят захватившие их чудовища в масках. Впрочем, за детьми тоже приходили, но, правда, всякий раз возвращали назад. Детей отводили в небольшую комнату с серыми стенами, усаживали за стол и приказывали сидеть смирно. После этого сопровождавший их подземник вскрывал им венку на запястье и давал крови свободно стекать в небольшую чашу. После того, как чаша наполнялась, ребёнку перевязывали руку, смазав какой-то мазью, и отводили назад в пещеру.
