— Господа! — наконец, не выдержала сама Адель. При мысли, что советники сейчас договорятся до того, что её следует запереть в темницу и кормить только вареными яйцами и поить простой водой, которую будут набирать в присутствии коллегии и каждый раз — из другого источника. — Господа, не следует воспринимать все… так.
— Королева права, — поддержал её Канцлер. — Её Величество — живой человек, а не преступник. К тому же во всех ваших планах есть один изъян — человеческий фактор. Охрану можно подкупить, — Канцлер вскинул руку, предупреждая возражения Начальника Службы Безопасности. — Можно. И наши враги постараются это сделать, если уже не предприняли попытки.
— Тогда что вы предлагаете?
Канцлер медленно заглянул в глаза министров. Каждому. И, хотя он обошел внимание королеву, у неё мурашки по спине пробежали, словно кто-то коснулся ледяными пальцами затылка.
— Всем вам известно, что мой сын служит в армии. Его мечтой была служба в Лейб-Гвардии, но я старательно держал его подальше от Дворца, несмотря на многочисленные предложения Его Величества зачислить Нэя в штат. Я боялся, что его начнут использовать в политических играх, а он их ненавидит. Но теперь… — Канцлер нажал кнопку коммуникатора. — Пригласите Нэя Байю.
Адель замерла. Сердце сжалось, словно схваченное коркой льда. Оно не билось целое мгновение, а потом заполошной птицей ударилась о грудь.
Но оставаться спиной к двери было нельзя. Королева медленно развернулась вместе к креслом.
В дверях, бледный, как полотно, стоял на вытяжку Нэй. А голос Канцлера монотонно продолжал начатую фразу:
— Лейтенант Нэй Байю, с этого дня — бессменный телохранитель королевы. Надеюсь, — в голосе появился сарказм, — ни у кого возражений не возникло?
Они возникли. Возражения вертелись на языке, но так и не решились сорваться с губ. И королева как загипнотизированная змеей мышь смотрела на то, как четким шагом лейтенант пересекает зал, чтобы застыть за спинкой её кресла.
13
Ковровая дорожка делала шаги бесшумными, но в тот момент, когда она заканчивалось, мрамор пола отправлял эхо гулять по коридорам, оповещая всех о том, что идет Королева.
У Адель подгибались колени. Ноги дрожали и казалось, встреченные по пути люди усмехаются и отводят глаза, сразу проникнув в её тайну. Свита осталась где-то далеко-далеко, в пяти шагах позади. А рядом, слева и отставая на полшага, находился
Голова кружилась и туман застилал зрение. Впереди ждала встреча с послом, но о чем они будут говорить, королева не представляла — все наставления Канцлера вылетели из памяти. Но когда впереди показались двери Розового зала, Адель рассердилась.
Почему она позволяет себе подобное поведение? Подумаешь — чувства взыграли. Там, за дверью, её ожидает посол и очень серьезный разговор. И для остального сейчас нет ни сил, ни времени.
Глубоко вдохнув, королева остановилась возле закрытых створок. Лейтенант тут же сделал шаг вперед и коснулся ручки. Кивок — и дверь распахнулась. Одновременно с этим приставленный к послу помощник объявил:
— Её Величество Адель ас Кармина.
Встреча намечалась почти интимная и в полном титуле необходимости не было. Девушка улыбкой ответила на полуофициальный поклон и направилась к своему месту. Телохранитель тут же отодвинул стул, помогая присесть. А после замер за спиной.
Ей опять стало неуютно. О каком серьезном разговоре может идти речь, если лейтенант стоит тут же, всего в полушаге? Достаточно руку протянуть… Адель сжала в кулаке край салфетки, делая вид, что расправляет её на коленях.
— Господин лейтенант, — голос не выдел волнения, — думаю, здесь мне ничего не угрожает. Пожалуйста, займите место у двери.
Нэй Байю четко выполнил приказ. Личный телохранитель королевы не имел права оставить её одну ни на минуту, разве что в спальне. Но и тогда не мог отойти от двери. Сейчас, когда у него не было напарника, круглосуточная служба грозила стать очень сложной. Но, найди отец напарника, она превратиться в ад. Нэй молился, чтобы кандидат на вторую должность так и не объявился.
Адель тихо выдохнула. Посол соседнего государства смотрел выжидательно, не смея первым нарушить молчание. Пауза затянулась.
— Это ведь наш первый рабочий ужин? — сказал, чтобы сказать хоть что-то.
— Да, Ваше Величество, — склонил голову посол. — Позвольте еще раз выразить вам свои соболезнования, на этот раз — личные.
Адель была благодарна послу за эту фразу. Не столько из-за разделенной печали, сколько из-за паузы, которую следовало выдержать после. Она позволила собраться с мыслями. Но ничего серьезного в голову не приходило. Работать не хотелось совершенно.
Но и молчать в ожидании закусок было неправильно.
— Позвольте спросить, как вам Дворец?
Посол оглядел Розовый зал так, словно видел в первый раз. Адель сделала то же самое.
