- Я смотрю, - понизив голос до шепота, сказал я, - ты научился у Него причинять боль.
- А кто научил тебя желать ее?
Я не ответил.
Он мягко потянул меня за руку к себе. Я мог упереться, противиться, устоять и не подходить, но я, прекрасно зная, что последует за этим, шагнул к нему и с трудом подавил желание затаить дыхание, когда он положил одну руку на мою талию и переместил ладонь на поясницу.
- На что это будет похоже? - чуть слышно спросил я.
Он без труда понял, что я спрашивал о Нем, но не ответил. Усмехнулся, опустил взгляд на застежку на моем одеянии, прикрыл глаза и встряхнул головой, а потом снова посмотрел в мои глаза. Промолчал.
Что-то внутри меня оборвалось и полетело вниз, ниже живота и ног, под землю… Я все ждал, что раздастся звук бьющегося стекла - почему-то мне казалось, что именно стекла - но вокруг была тишина, и у меня в голове все было тихо, и молчал принц. И лишь я громко дышал и не мог отдышаться, словно пробежал несколько километров.
А потом он выпрямился, взял меня за плечи и приблизил к себе. Я так глубоко вдыхал его аромат, что мне начало казаться, будто солнце печет даже сквозь землю, давит горячей волной на меня, топит, словно шоколад, и вызывает помутнение, похожее на солнечный удар. Вино запутало меня, толкнуло в эти опасные сети, и теперь я убеждал себя, что ничего страшного не произойдет, если я позволю ему один поцелуй, всего один, ничего больше…
- Я могу тебя вылечить, - тихо сказал он, и его рука скользнула по моей груди и замерла на моем животе, на ране от Его меча.
На секунду его когти напомнили мне лезвия. Дернувшись, я схватил его запястье и чуть сжал.
- Никто, кроме Него, - выдохнул я в его губы.
- Остаешься ему верен, - усмехнулся принц.
- Так получается.
Он передвинул руку по моему животу, кладя ее на мою талию, и притянул меня вплотную к себе. Я почувствовал на своих губах его дыхание, секундную паузу, словно он ожидал, что я передумаю, и за эту заминку, оттягивая момент, я ускользнул. Отвернувшись чуть в сторону, я застыл, и его губы замерли у моего уха. Длинные когти чуть сильнее впились в мое плечо и тут же расслабились, а я, стоя вплотную к нему, уткнулся носом в его шею и прислушался.
Он дышал тихо, спокойно, ровно; мой пульс оглушал меня, и я, чуть повернув голову, едва ощутимо коснулся губами его шеи. Замер, боясь пошевелиться и едва дыша, а потом осторожно двинулся губами по его коже к подбородку.
- Он это не почувствует… - зачем-то сказал я.
- Его ты так же дразнил? - чуть слышно спросил он.
- Кто кого дразнил, - тихо ответил я, утыкаясь носом в его ключицу.
От его одеяния пахло лавандой, мятой и немного пеплом; я глубоко вдыхал сладкий запах его кожи, смешанный с этим флером от его одеяния, и мне почему-то казалось это все таким нереальным, словно сон.
- Ты обречен, - прошептал он и крепче сжал мое плечо. - Он помешан на тебе… Ты обречен не потому, что ты умираешь, а потому что Адам озабочен тобой… Ты и есть Тьма… Его тьма… Я не могу помочь тебе спрятаться… Никто тебе не поможет… Он вернет тебя обратно.
Повернув голову, я положил руку на его шею и прижался к ней губами. Мне хотелось кусать его, хотелось обратиться в демона и оцарапать его нежную кожу, хотелось заплакать и заставить его целовать мои слезы.
- А ведь я могу применить чары, - сказал он чуть тверже, и я неосознанно впился ногтями в его одеяние. - Заставить тебя передумать… Ты не Адам, у тебя нет его векового самоконтроля, к тому же ты влюблен…
- Никто не сломает меня так, как это сделал Он, - ответил я, замирая губами на его подбородке, а потом запустил пальцы в его волосы, пропуская пряди между ними и чуть оттягивая его голову назад.
- Никто, - согласился он; его насыщенные глаза потемнели на несколько тонов. - Но и никто не соберет тебя обратно.
Он повернул голову, и я перехватил его взгляд. С секунду мы смотрели друг на друга, а затем я ослабил хватку, позволяя ему придвинуться ко мне и коснуться моих губ своими - едва ощутимо, легко. У него были мягкие губы, и поцелуй не был похож на то, как мы с Ним агрессивно пытались подавить друг друга или искали спасение и панацею в касаниях, и, вспомнив о Нем, я вдруг почувствовал глухую боль внутри и раскрыл губы, позволяя принцу углубить поцелуй.
Неосознанно сжав его волосы в пальцах, я притягивал его ближе к себе, и он, отпустив мое плечо, положил одну руку на мою спину, под лопатками, прижимая к своему телу, а вторую на поясницу.
