- Тебя отведут в покои, - сказал он, и дверь за моей спиной открылась, но я не обернулся. - Будить без экстренной причины я тебя не стану… А завтра разберешься, куда ты хочешь бежать.
- Я бы тебя поблагодарил, - едко ответил я, - но, сдается мне, все, что хотел в благодарность, ты уже получил.
- Ты можешь быть прав, - он нежно улыбнулся. - И, Томми…
Я поднял на него взгляд исподлобья, и принц прищурился, глядя на мое лицо.
- Тебе лучше поохотиться. Ты сильно ослаб. Один из моих демонов поднимется с тобой на поверхность.
- Хочешь проследить, чтобы я не убил полгорода?
- Чувствуй себя как дома, - прозвучало в ответ.
Больше мы друг другу ничего не сказали. Вошедший демон безмолвно слушал наш разговор, а потом, не сказав ни слова, повел меня к лифту.
Вдохнув холодный, ночной воздух, я почувствовал себя потерянным во времени, уставшим и, как ни странно, свободным. Я не сразу понял, что продолжаю мысленно повторять «Адам, Адам», ожидая, что Он отзовется, а потом неловко замолчал и мысли переключились, аккуратно обходя все, что Его касалось.
Так я думал, что у меня хватит сил пережить эту и все следующие ночи, когда мне будет Его не хватать.
========== Глава LIV. ==========
Свежий воздух быстро выветрил из моей головы остатки вина, но трезво мыслить мне все так же не удавалось. Полтора часа я бродил по улицам Будапешта со своим молчаливым спутником, сжав руки в длинных рукавах одеяния в кулаки. Было достаточно поздно и темно, чтобы странная одежда на нас не бросалась в глаза редким прохожим, которые выглядели такими же унылыми и безликими, как я сам себя ощущал. Всматриваясь в их лица, я шел все быстрее и быстрее, пока не перешел на бег и за резким поворотом вдруг не врезался в высокого молодого человека. Он обхватил меня за плечи и произнес где-то над моей головой «осторожнее», я глухо поблагодарил, не поднимая взгляд выше его груди, и аккуратно высвободился из его рук.
Меня тошнило. Мне не хотелось есть. Мне казалось, что Виктор специально отправил меня на охоту, зная, как я чувствую себя и как это будет давить меня, гоня между каменными стенами молчаливых домов с закрытыми дверьми, словно кричащими вслед, что мне некуда пойти.
Мой телохранитель нагнал меня, когда я шел к мосту через реку, подозревая, что не собираюсь переходить на другую сторону. Он поравнялся со мной, молчаливая и бесшумная тень, и рядом с ним мне почему-то вдруг стало спокойнее, словно он являл собой тот мостик между нормальной жизнью и демоническим миром, гармонии между которыми мне так не хватало. Мне стало спокойнее, хотя я не знал его и ни разу не говорил с ним; достаточно спокойно, чтобы я, не делая глупостей, перешел по мосту, даже не взглянув на темную гладь воды, остановился на улице и огляделся в поисках случайных жертв.
И нашел.
И вдруг в следующее мгновение я понимаю, что стою над телом убитого мужчины с окровавленными руками, его душа распадается во мне и я чувствую прилив сил, но нет желания свернуть горы - я просто смотрю на то, что сделал с человеком, у которого была своя жизнь, и мне так тошно от осознания, что, по сути, я забрал ее так же, как Он забрал мою, с той лишь разницей, что я умирал медленнее.
Я практически сам отдал Ему свою жизнь, когда начал тянуться к Нему.
А потом пошел дождь. Хлынул мгновенно, будто в тропиках, и я даже не мог пошевелиться до тех пор, пока с характерным щелчком над моей головой не раскрылся зонт моего телохранителя. Волосы намокли и прилипли к лицу, капли дождя стекали по моим щекам и подбородку на одежду, дождь стучал в окна домов над моей головой и крыши, разбивался об асфальт, и мне хотелось плакать от невозможности повернуть время вспять.
Не говоря ни слова, мой спутник вызвал пелену и переместил нас обратно в Ад.
Только увидев кровать в своих покоях, я вдруг понял, что на самом деле не спал нормально уже черт знает сколько ночей, мучаясь либо от боли, либо от кошмаров, и все, чего я хотел - это проспать спокойно и ничего не видеть. Никаких снов. Ни плохих, о том, что я умираю, ни хороших, о том, что у нас с Ним все наладилось.
А в идеале я хотел бы не просыпаться вообще.
Отогнав эту мысль, я сел на край кровати, а потом откинулся на подушки, ощущая себя слишком уставшим и для того, чтобы дожидаться лекаря, и для того, чтобы раздеться полностью. Пролежав так две минуты, я перевернулся на бок, закрыл глаза, выдохнул…
И почти тут же подскочил в кровати. Я не чувствовал себя полным энергии, но был взвинчен, и эта нервозность мешала мне заснуть. Мысли носились в голове, будто рой пчел, сводя меня с ума бесконечным, дисгармоничным шумом, и, обняв колени, я уткнулся в них лицом, затаил дыхание и тихо мысленно позвал.
«Адам».
Ничего не произошло. С замирающим сердцем я прислушивался к хаосу мыслей в своей голове, смутно надеясь, что сейчас я почувствую тепло, напоминающее плед, и услышу Его тихий голос.
