Зеркало за спиной принца, в которое я всматривался, показывало мне того, кем я мог и должен был стать, но оно почему-то игнорировало то, в какого призрака я превращался. Оно скрывало от меня и болезненную худобу, и окровавленные от кашля губы, и пугающую бледность, и прозрачную кожу, натянутую на кости, словно я на глазах исчезал. Оно показывало мне замедленное падение с небес, которое никогда не станет достаточно трагичным, чтобы люди тянулись к моей боли, но которое будет предельно убийственным, чтобы я насладился смертью каждой клеточки моего чужого тела.
- От одного, - я улыбнулся еще шире, и мое отражение хитро прищурилось, словно у нас с ним была общая тайна. - Он хочет, чтобы я вернулся.
========== Глава LV. ==========
- И что ты намереваешься делать?
Виктор сидел в кресле, закинув одну ногу на другую, и подпирал голову рукой. Я бродил в его покоях; свет был приглушен, пахло вином, солнцем и лавандой, и я, прихрамывая, ходил по комнате, бездумно касаясь мебели руками, пока он внимательно наблюдал за мной.
- Возвращаться, - хмыкнул я. - У меня нет выбора. Он приказывает. Я… не могу противиться приказу.
Я выдержал паузу и добавил чуть слышно.
- Он давит на меня.
- Летишь на пламя, будто мотылек, - улыбнулся он. - Глупыш Томми.
- На темное пламя.
Я обернулся к принцу и перехватил его насмешливый взгляд, положив ладонь на гладкую поверхность деревянного комода. В его покоях было много зеркал и цветов; куда бы я ни встал, на меня отовсюду смотрели мои собственные глаза, выделявшиеся на белом лице бездонной темнотой.
Видел ли я страх в своих глазах? Отчаяние? Боль?
Я был слеп.
- Почему ты сказал, что я Его тьма? Почему я обречен? - спросил я, понижая голос почти до шепота, словно кто-то мог подслушать и передать Ему. - Почему Он не отпустит меня?
- Потому что Адам тобой одержим, - ответил он таким тоном, словно говорил о чем-то обычном, естественном. - Потому что ты не выходишь из его головы с того момента, как он тебя увидел. Потому что ты первый, о ком он вспоминает, когда просыпается, и последний, о ком он думает, когда засыпает. Он помешан на тебе. Он безумен во всем, что касается тебя.
- И поэтому Он хочет меня убить? - я хрипло рассмеялся и почувствовал, как на сухих губах раскрылась трещинка. - Потому что Он одержим?
Я отвернулся и встал перед зеркалом, опираясь на комод. Я почему-то вмиг почувствовал себя обессиленным.
- Я видел демона, - сказал я, всматриваясь в свое отражение и надеясь, что слепота рассеется и я увижу отражение эмоций в своих глазах. - Перед тем, как я бросил Ему вызов. Этот демон назвал Его по имени… и загорелся. Его кожа воспламенилась… а до этого у него сломался позвоночник. И меня угораздило вляпаться так, что сам Дьявол души во мне не чает? Да ты, должно быть, шутишь.
Последнюю фразу я со смешком выплюнул сквозь зубы. Виктор медленно, с едва слышным вздохом, поднялся со своего кресла и вальяжно подошел ко мне, остановившись за моей спиной. Он стоял в расстегнутой рубашке, молодой и прекрасный, скользя взглядом ярких глаз по моему лицу в отражении, и я видел свою кривую ухмылку на сухих губах, когда думал о его теле, о том, что он не просто так не застегивается.
- А тебе бы хотелось, чтобы это было шуткой? - серьезно спросил он.
Я не нашел, что ответить. Я рассматривал его в зеркале: темно-русые волосы, спадающие на красные рожки, насыщенно-фиолетовые глаза в обрамлении длинных черных ресниц, прямой нос и пухлые губы, растянутые в лукавой улыбке, бледную кожу и жемчужно-серые крылья…
- Покажи мне Его, - вдруг сказал я его отражению и удивился той перемене, которая неожиданно сделала мой голос похожим на жалобный писк.
Он недоуменно посмотрел на меня.
- Крылья, - пояснил я. - Покажи мне Его своими глазами. Я хочу видеть.
Резко обернувшись, я оказался почти нос к носу с ним и тут же вытянул вперед руку. Это должно было выглядеть как мое настойчивое желание увидеть его воспоминания, но на деле мне хотелось еще и сохранить дистанцию между нами, потому что он снова стоял слишком близко ко мне, а я был слишком близко к опасной грани, на которой мог натворить бед.
Виктор посмотрел на мою руку, а потом поднял взгляд на мое лицо и склонил голову набок, насмешливо прищурившись.
- Ты думаешь, это будет хорошая идея? - спросил он, улыбаясь.
- Я не хочу думать, - я качнул головой. - Я хочу увидеть. Его. Твоими глазами. Твои воспоминания.
Он пристально вглядывался в мое лицо. Теперь, когда я знал, что он может читать мысли, его близость напрягала меня еще сильнее, и я всеми силами держал на лице непроницаемое выражение, чтобы он ни о чем не догадался.
А потом он склонил голову, и я принял это за разрешение.
Большие, жемчужно-серые, пушистые - они доставали ему до колен, и когда я перевел взгляд на них, они чуть двинулись к его плечам, словно он хотел обнять себя ими, но передумал. Я никогда не трогал ничьи крылья, кроме Его, и сейчас ощущал, как дрожат пальцы от одной только мысли, что я могу протянуть руку и…
- Не повернешься спиной? - поинтересовался я.
- Ты можешь коснуться и так, - улыбнулся он.
