А ночью я просыпался от удушья; меня знобило и трясло, как в лихорадке, и я обжигал кожу практически кипятком, пытаясь согреться в душе. Я задыхался в Его запахе и спал с открытым окном; я засыпал в наушниках, чтобы перебить Его голос в голове и просыпался в отчаянии и с головной болью, слабея с каждым часом. И Он был прав - меня тянуло к Нему. Чем больше я слабел без Ада, тем меньше ощущал тягу, но ночью все возвращалось снова, и даже зная, что эта тяга - выдумка моего мозга, как ломка, я все равно тянулся к Нему с такой силой, что практически лез на стенку от внутренней боли.
И я даже не знал, это я такой упрямый или такой глупый.
Несколько раз я порывался вернуться к Нему. Спуститься в Ад на этом отвратительном лифте, пересечь главный холл, пройти по коридору к Его дверям и оказаться рядом с Ним. Вдохнуть Его запах, посмотреть в Его глаза, прикоснуться к Нему - даже зная, что Он хочет меня убить и намерен сделать это самым изощренным способом, я все равно хотел быть рядом.
Если мне все равно суждено умереть, то почему бы не облегчить себе последние дни жизни?
Но я боролся с собой. Глупость или упрямство - неважно; я боролся с собой и глушил эти мысли в зародыше, чтобы не поддаваться им. Началось с музыки и небольших доз снотворного, чтобы не просыпаться ночью; потом алкоголь. Я начал курить, но не мог сделать этого нормально: после двух-трех затяжек я бросал сигарету, агрессивно давил ее мысом обуви и потом некоторое время не мог найти себе места. Меня ничего не могло успокоить.
Мое психическое состояние быстро отразилось на физическом: к раздражительности и замкнутости добавились круги под глазами и дрожь в руках. Ребята первое время пытались расспрашивать, но добились от меня только удовлетворительного “нет, я не употребляю наркотики” и почти было отстали от меня: они думали, что мне нужно развлечься, повеселиться, снять кого-то.
Хотел бы и я думать так же, но мне определенно что-то мешало. Неудачный брак, например.
Однако я не стал сопротивляться. Они отвели меня в клуб, где помимо реки выпивки мне быстро удалось снять девушку, которой они наплели, что я будущая звезда сцены, и уже через пятнадцать минут она намекнула мне, что была бы не прочь уединиться.
В первые же пять минут мне стало ясно, что ничего не выйдет. Я чувствовал себя так, будто меня связали по рукам и ногам, и хотя она была не против сделать все сама, мои сомнения множились с каждой секундой, но мне не пришлось что-либо предпринимать.
Я даже подумать об этом не успел.
Она положила руку на мою ширинку и в ту же секунду ее вдруг словно бы ударило током. Она вскрикнула, отдернула руку и упала на пол, а я оцепенел от ужаса. В первое мгновение мне показалось, что я случайно убил ее, а потом Его запах заполнил всю вип-комнату. Он словно бы душил меня; я пришел в такой ужас и вместе с тем тяга усилилась настолько, что я не мог шелохнуться, меня как будто парализовало, и в эту же секунду Его голос отчетливо прозвучал в моей голове.
«Не думал же ты, что я позволю тебе развлекаться с кем попало?»
Я было решил, что это снова игры моего подсознания, но голос был так реален, хоть и звучал в моих мыслях, и Его слова так непредсказуемы, что не оставалось сомнений: каким-то образом Он говорит со мной в моей голове.
Должно быть, это была еще одна маленькая деталь брака, о которой Он забыл мне рассказать. Или решил устроить сюрприз и напугать как-нибудь между делом вот так, отбив всякое желание развлекаться в принципе.
Я, конечно, экстремал и, как однажды заметила Сафина, не наделен нормальным мозгом, но секс под наблюдением - как-то не по мне.
- Ты следил за мной, - выдохнул я.
«Ты же чувствовал мой запах, - укорил Он. - Мог бы и догадаться, что я тебя не брошу. Я слежу за тобой с той секунды, как ты покинул Ад после нашего разговора.»
- Вот спасибо, - раздраженно ответил я.
К злости примешалась досада: значит это был не обман моего подсознания, и то, что я чувствовал Его запах, на самом деле было Его присутствием.
Значит Он видел, что со мной творилось, как я сходил с ума и пытался успокоиться…
«Что-то не так? - учтиво поинтересовался Он. - Я чувствую твою досаду, но не понимаю, с чем это связано. Неужели тебя расстроило мое вмешательство? Неужели ты правда хотел переспать с ней?»
- Не твоего ума дело, - буркнул я. - Она жива?
«Пока да. И у тебя тридцать секунд, чтобы убраться оттуда, иначе я убью ее и разгребать это будешь ты».
- Твою мать, - выругался я.
«В любом случае, - промурлыкал Он, - надеюсь, ты помнишь, что я жду тебя дома.»
Он подчеркнул последнее слово такой интонацией, что меня передернуло как после “супруги” и “обручены”.
- Ты же хотел, чтобы я умолял, - подавив брезгливость, сказал я.
«Вот окажешься дома - и будешь умолять. Всему свое время, Томми, я готов подождать.»
- Последний вопрос, - я судорожно соображал, чувствуя, что Он ждет меня. - Когда ты следишь за мной, ты только чувствуешь мои эмоции или слышишь мои мысли…?
