Демон с мечом встал возле меня на колени и посмотрел на второго; тот все еще прижимал меня ногой к земле. Они что-то сказали друг другу на венгерском, а потом демон с мечом усмехнулся и сплюнул.
- Помоги…
Он занес меч надо мной и что-то сказал. Лезвие меча вспыхнуло оранжевым цветом и обожгло мои глаза, отвыкшие от света в темном парке.
- Адам!
Со всей силы демон опустил меч, чтобы всадить его в мою грудную клетку, но в ту же секунду их вдруг отбросило в сторону мощной волной. Над моим телом поднялся щит, похожий на матовый купол, и все за ним вдруг стало расплываться.
«Я здесь.»
========== Глава XII. ==========
Я с трудом держал себя в сознании. Веки были тяжелые, сил не хватало; хотелось свернуться в клубочек и не просыпаться больше никогда, и я был несказанно рад слышать Его в своей голове, даже если Его появление всегда предзнаменовало для меня одни лишь мучения.
«Не двигайся. Они сломали тебе руку», - предупредил Он.
Я чувствовал себя так странно: как будто невидимые пальцы едва ощутимо касались моего тела, ощупывали, стараясь не ранить, и пытались найти источник моей бесконечной боли.
- Они… убьют меня, - хрипло сказал я и, с трудом повернув голову, сплюнул кровь на траву.
Я задыхался и едва ли мог сделать нормальный вдох. Через матовый купол над моей головой я видел темно-синее, практически черное небо, усеянное блестящими звездами, и мне ужасно хотелось закрыть глаза и…
«Не посмеют.»
Рычание в Его голосе было таким… угрожающе-сладким.
- Я… не могу дышать… - с трудом сказал я.
«Кажется, - заговорил Он, - они сломали тебе ребро.»
Я хотел съязвить, но боль в спине стала острее, и я прикусил язык. Лежа на земле, я слышал собственное дыхание и громкие хрипы, но не ощущал страха: теперь, когда я слышал Его снова, мне казалось, что все самое страшное позади.
Послышались голоса: оба демона поднялись на ноги и подошли ко мне. Они выглядели напуганными и резко побледневшими, и я точно знал, что они тоже видят бледный, матовый купол надо мной.
«Абрасам мактуро», - вдруг сказал Он.
- Что? - переспросил я, решив, что мне послышалось.
«Скажи им: «абрасам мактуро».
- Аб… абрасам мактуро.
«Ударение, Томми. Абрас`aм, а не абр`aсам.»
Я повторил. Оба демона в мгновение ока побледнели; так резко и заметно, словно на них вылили ведро белой краски. Один из них засуетился и начал быстро что-то бормотать, тряся другого за плечо, пока тот не прикрикнул на своего напарника.
- Что… что происходит?
«Они сомневаются. Ты не можешь знать фразу, которую повторил за мной, ввиду своего ранга, опыта и возраста.»
- Почему я не могу знать?
«Я объясню тебе позже. Сначала дай им поднять тебя с земли, больше они тебя не тронут.»
- Ты… уверен? - в сомнении спросил я, глядя, как плавно истончается и исчезает защитный купол над моей головой.
«Они не могут тронуть тебя теперь. За то, что они сделали с тобой, им уже грозит смерть. Сейчас они отведут тебя к их главному и, Томми…»
Демоны наклонились ко мне и осторожно подняли меня на ноги. Резкая боль пронзила мою спину под лопаткой и словно бы прошла насквозь; я охнул и открыл рот, пытаясь вдохнуть, пока оба демона в растерянности уставились на меня.
«Томми», - позвал меня голос, и мне даже послышалась в нем тревога.
- Порядок, - выдохнул я, выпрямляясь. - Порядок…
Боль не отпускала; я покачнулся от слабости и практически повис на одном из демонов; он осторожно обнял меня и перекинул мою здоровую руку на свое плечо. Второй вызвал пелену.
«…будь осторожен с ним. Не груби ему, не дерзи, не веди себя так, как ведешь со мной. Он этого не потерпит.»
- О тебе… мне говорили то же самое, - сказал я и поморщился от боли.
Он вздохнул, но не ответил.
Пелена разорвалась в большом, богато отделанном лифте с золотыми поручнями и зеркалами. Второй демон нажал странную комбинацию символов на панели, что-то сказал на незнакомом мне языке и набрал еще одну комбинацию.
Лифт плавно тронулся вниз.
Пока мы ехали, оба демона вполголоса переговаривались, поглядывая на меня, но я был слишком обессилен и даже не встречал их взгляд. Он молчал, но Его запах окружал меня плотной аурой, и я впервые был рад задыхаться в нем.
Когда лифт остановился и двери открылись, мы оказались в большом зале, украшенном золотом. Он был отделан как в фильмах о девятнадцатых веках; всюду стояли свечи и красивые статуэтки из хрусталя и бриллиантов, а в центре комнаты большой стол на двенадцать персон, накрытый белоснежной скатертью. В комнате никого не было.
Я не знал, для чего этот зал был предназначен, но уж явно не для вальса и классической музыки.
Оба демона осторожно посадили меня на стул, а затем один из них бросился к двери в противоположной от лифта стене. Я аккуратно, стараясь не причинить себе боли, прислонился к бархатной спинке стула и осторожно обнял сломанную руку, прижимая ее к груди; запястье ныло от боли и безжизненно висело, словно не принадлежало мне, и я старался неглубоко дышать через приоткрытый рот, чтобы боль не была такой сильной.
