Он ощущает эту перемену во мне. Я знаю, что Он чувствует ее по нашей связи и знаю, что Он ничего не может сделать, чтобы снять мою боль. Это не Его вина в том, что я отдал Ему себя всего; это лишь что-то во мне, что продолжает надеяться на Его чувства, и я спрашиваю себя - ненавижу ли я Его за эту честность, которая разбивает меня на части, когда Он знает, как это больно?
У меня нет ответа и я не думаю, что у меня хватит сил, чтобы его найти.
========== Глава LXXIX. ==========
Боль возвращается внезапно. Пронзает мое тело, будто молния, стрелой проходит сквозь позвоночник, пересекает живот и грудную клетку, разрывает легкие и сдавленным стоном вырывается из горла, ударяясь о голые стены, и еще несколько мгновений мне кажется, что я могу слышать ее тихое эхо.
Сны, еще мгновение назад затуманивавшие мой разум, растворяются, будто напуганные этой болью. Я хватаюсь за ускользающие образы, пытаюсь их удержать, запомнить, отпечатать на сетчатке и вспомнить потом, когда не будет так больно, но они испаряются и оставляют меня в этом теле, опутанном колючей болью, будто ядовитым стеблем с шипами.
Еще секундой спустя Его лицо возникает в поле моего зрения. Он склоняется надо мной, взъерошенный и чуть сонный, похожий на невинного юношу, а не на мужчину, который правит полчищами демонов. Темные волосы смешным ежиком торчат во все стороны, а глаза подернуты пеленой оборванных сновидений; Он склоняется надо мной и обхватывает мое лицо ладонями.
В Его глазах я вижу беспокойство.
Мне кажется, будто я умираю.
- Томми, - бормочет Он. - Смотри на меня, Томми.
Я парализован. Липкая, колкая, холодная боль охватывает мое тело и замораживает его; она замирает на моих губах, будто клеймо, не давая мне даже попросить о пощаде и помощи. Зажмурившись, я глубоко вдыхаю и впиваюсь когтями в собственные ладони, когда сжимаю руки в кулаки, и в этот же миг Он тормошит меня.
- Открой глаза и смотри на меня, Томми… Томми!
Я перехватываю Его взгляд, хватая воздух ртом, будто рыба, выброшенная на берег. Огонь вспыхивает в моем теле и волной разбегается по телу: я обращаюсь в демона. Мне кажется, что он потихоньку выжигает кислород из моих вен и легких, я задыхаюсь и боюсь, что если опущу глаза, отведу взгляд от Него, то увижу, как черный дым вырывается из моих раскрытых губ и душит меня.
Я боюсь, что умру в тот же миг, как отведу взгляд от Него.
Он держит мое лицо в своих ладонях и неотрывно смотрит в мои глаза. Я чувствую Его прохладные руки на моих щеках; Он поглаживает мои скулы подушечками пальцев, и я вдруг понимаю, что Его когти скрыты.
- Не отводи взгляд, - тихо говорит Он. - Смотри на меня.
Одну руку Он перемещает на мой затылок, приподнимая и поддерживая мою голову, а вторую кладет на мою грудь. Его движения медленны, но уверенны: Он действует вслепую из-за того, что смотрит на меня, но меня неотступно преследует чувство, будто Он уже делал все это раньше.
За Его спиной, почти под потолком, горят факелы. Их тусклого света достаточно, чтобы я мог выхватить из полумрака Его белое лицо и попытку скрыть беспокойство: я чувствую его подкожно, как будто это на моих руках задыхается тот, кто мне нужен, и я боюсь, что не могу помочь.
Я спрашиваю себя, что бы я делал на Его месте, неотрывно глядя в глаза, в которые столько раз смотрел и видел их ненависть, любовь, отчаяние и боль; что бы я чувствовал, если бы Он умирал на моих руках, и я знаю, откуда идет это беспокойство, заставляющее меня дрожать, будто в лихорадке.
- Будет больно, - предупреждает Он и вдруг запинается. - Я… попробую тебя отвлечь.
Несколько секунд Он выглядит растерянным, а потом вдруг заговаривает - и так удивляют меня его слова, что на мгновение я даже забываю о боли.
- Я чуть не утонул, когда попал сюда в первый раз. Я… пытался подняться вверх по реке, там есть место, где часть Амазонки впадает в демонический мир, недалеко от портала, у которого нас встретила Цересса. Поговаривают, что там одно из самых красивых мест, которые можно увидеть на земле: там пересечение двух миров, и поток Амазонки, который стекает под землю, чернеет. Он падает, словно водопад, и его воды темнеют в падении… Там растут невероятные цветы и сквозь стену воды открывается вид на поверхность, на обрыв, откуда можно наблюдать просто потрясающие рассветы…
Он перемещает руку под мою шею и чуть сжимает, не сводя с меня взгляд, а пальцы второй руки растопыривает и кладет на мою грудь так, что указательный палец оказывается на сердце.
- Я шел по реке, там, где мелко, - продолжает Он. - И недалеко от того места, где портал, я оступился. Сделал шаг и не рассчитал, что там нет дна. Оно просто обрывалось, река внезапно становилась очень глубокой. Там сильное течение, от неожиданности я не сразу сориентировался и успел наглотаться воды.
Он надавливает пальцами на мою грудь, и я резко выдыхаю. Вместе с выдохом вырывается хрип, сухой и громкий, и я покрываюсь мурашками, когда слышу его, будто со стороны.
