Сделав последний поворот за угол, молодые люди вышли к Русскому музею.
– А вот и наш автобус! – радостно воскликнула курносая, показывая рукой в сторону группы авто, разместившихся на узкой площадке вдоль кованой ограды сквера. – Спасибо вам большое!
– Да не за что, – пожал плечами Борис.
В это время из экскурсионного автобуса вышла сердитого вида пожилая женщина и энергично замахала девушкам рукой. В её ладони был зажат какой-то яркий предмет: то ли зонтик, то ли флажок.
– Это наша гидесса, – пояснила Наташа и, обернувшись к подруге, предложила: – Я побегу, а ты подходи!
Уже на бегу Наташа махнула рукой Борису, прощаясь.
«Поняла!» – с благодарностью подумал о ней офицер.
– Ну, я пойду? – тихо произнесла, не глядя на него, Оля.
– Неужели вы сейчас уйдёте и мы никогда больше не увидимся? – решился молодой человек.
– Я вас совсем не знаю… – Синие глаза девушки глядели прямо в глаза юноши. В них читались тревога и надежда.
– А мне кажется, что мы с вами знакомы всю жизнь, только очень давно не встречались!
Весь следующий день пролетел, будто одно мгновенье. Борис стал на довольствие в академии, ознакомился с учебным планом и расписанием, оформил пропуск на территорию части. Затем забежал в гостиницу для переменного состава, бросил, не разбирая, вещи в своей комнате, где хоть и стояли две кровати, но сосед пока отсутствовал. И снова вернулся в альма-матер. До семи вечера, времени его свидания с Олей, оставалось ещё несколько часов, которые он хотел потратить на встречу с бывшими однокашниками, оставшимися служить после окончания академии в Ленинграде.
За пять минут до назначенного времени молодой человек с букетом алых гвоздик появился у дверей гостиницы на Петроградской стороне. Стоял чудесный осенний вечер. Ветер стих, и в воздухе витал едва уловимый запах опавшей листвы.
Оля не заставила себя ждать. Когда в очередной раз распахнулась дверь гостиницы и она, выйдя на крыльцо, лёгкой походкой направилась в сторону Бориса, тот испытал невольное волнение. Девушка подошла ближе, и молодой человек заметил, что и она взволнована. Огромные её глаза блестели, а щёки горели румянцем.
– Здравствуй, это тебе! – протянул цветы Борька, в замешательстве переходя на «ты».
– Спасибо! – ответила Оля и поднесла цветы к своему пылающему лицу.
Как ни волновался парень, а всё же заметил, что девушка готовилась к их свиданию. На ней было новое нарядное платье и жакет без пуговиц, а на открытой шее – газовый голубой платочек в цвет одежды. От Оли исходил тонкий свежий запах духов, а её глаза, и без того прекрасные, были чуть заметно подведены.
От избытка эмоций Борька на мгновение зажмурился – так хороша была девушка!
– А куда мы пойдём? – спросила она. – Знаешь, я очень устала от достопримечательностей, и в кафе идти совсем не хочется. Давай просто погуляем! Я хочу, чтобы ты всё рассказал мне про себя!
Несколько часов пара гуляла по большому радиусу, не очень отдаляясь от гостиницы. Они шли по тротуарам, пересекали трамвайные пути, шелестели опавшей листвой, лежавшей под ногами в маленьких сквериках, попадавшихся на их пути.
Всё это время Борис рассказывал девушке историю своей жизни: о войне, гибели родителей, о встрече с Петром Митрофановичем – всё-всё! Оля внимательно слушала его, не перебивая. Через какое-то время она взяла молодого человека под руку, и парень задохнулся от её доверчивой близости.
– Знаешь, я весь день думаю только о тебе! – неожиданно для себя признался Борис.
– А я – о тебе! – просто сказала девушка.
Борька обнял Олю и совсем рядом увидел её губы.
– Не надо, Боря! – мягко высвобождаясь, попросила она. – Мне кажется, что мы и так слишком торопимся!
Молодой человек ликовал: Оля впервые назвала его по имени!
– Я очень устала. Проводи меня до гостиницы, – попросила девушка.
– Когда отходит твой поезд? – спросил Борис, хорошо зная всё остальное – ведь и ему самому не раз приходилось уезжать в Липецк поездом в то время, когда он был слушателем академии.
– В восемь вечера вся наша группа выезжает на вокзал на автобусе. В 21:00 – сбор всех отъезжающих у пятого вагона.
– Завтра начало занятий в академии, и я смогу приехать только на вокзал.
– Я буду ждать тебя.
Борис обнял девушку и вновь попытался поцеловать, но она накрыла его губы ладошкой:
– До завтра!
Борька возвращался в академическую гостиницу по ночному Ленинграду, и его сердце пело. В нём поселилась любовь к глазастой девятнадцатилетней девчонке из его родного города. Он понял это, почувствовал всем своим существом. Молодой человек вскочил на подножку шального трамвая, идущего пока в нужную ему сторону. Вагон оказался абсолютно пустым. Лишь впереди, у самой кабины водителя, дремала женщина-кондуктор, и её сумка моталась из стороны в сторону вместе с ней, вторя трамвайной качке.
– Что же это вы так поздно приходите, товарищ капитан? – недовольно пробурчала заспанная дежурная, щёлкая входным замком и впуская Бориса в гостиницу.
– Простите меня! Я заблудился, – соврал молодой человек. Не объяснять же ей, что он влюблён! – Дайте, пожалуйста, ключ от 320-й! – попросил Борис.
