— Да, он говорил, что все это время прятал тебя и оберегал. Вот только от кого? И теперь ты должна выйти за Адама, чтобы династия не прервалась. Что ты встала? Хотела же на дерево посмотреть?
Я застыла на месте, но после того, как Линда дернула за руку, безучастно пошла дальше.
Черт, ну и головоломку загадала простодушная девчонка. Почему Брендон-страший назвал миссис Норгейт шлюхой? Это проявление неприязни, или она была замечена в изменах? Но Лорэнций все равно Нордгейт. Он сын своего отца. И при чем здесь я? Почему от меня зависит продолжение династии?
От хаотично мечущихся мыслей заболела голова. Пазл упорно не складывался и рассыпался на глазах. Возможно, у меня не хватало какого-то важного элемента, чтобы все скрепить, но я не знала, где его взять.
Вопрос — кто мои родители и от кого Брендоны меня прятали — вышел на первый план. Мне казалось, что если я узнаю ответы на них, то узнаю все. Наверняка, семья Адама была знакома с ними, ведь как-то они узнали обо мне?
— Линда, Мия! — раньше, чем я успела спросить об этом попутчицу, на крыльце террасы появилась миссис Брендон. — Идите в дом, девочки, день очень жаркий, перегреетесь. Я вам лимонада приготовила.
— Сейчас, ма! — крикнула Линда.
До ограды мы так и не добрались.
— Слушай, я хочу побольше узнать о твоей семье. У вас есть семейные фото?
— Конечно, есть! — удивленно уставилась на меня Линда. — Впрочем, конечно, ты же из приюта.
— Ага, — кивнула я. — Бери их и приходи сегодня ко мне, все покажешь и расскажешь.
— Заметано, — она расплылась в широкой улыбке. Из угрюмой и настороженной девочки Линда на глазах превращалась в приветливую и общительную. — Я так давно хотела сестру, — поделилась она. — Теперь она у меня есть.
Сердце сжалось. Так не хотелось обманывать ее детское доверие, но по-другому не разобраться во всех, окружающих меня тайнах.
С Голди становилось все сложнее.
Она не приставала со сложными расспросами. Приходила каждый день и развлекала легкой болтовней, привнося приятное разнообразие в мои больничные будни. При ней даже казалось, что боль становится меньше, хотя я итак постоянно был на анальгетиках. И мама, хоть на какое-то время решалась покинуть больницу.
— Дорогая, какое счастье, что у нас есть ты, — каждый раз перед уходом, едва не плача, говорила она. — Только ты можешь понять мое сердце, только тебе я могу доверить своего мальчика.
«Мальчик», то есть я, в это время только скрипел зубами.
— Мама, здесь целый штат медиков, на каждом шагу охрана. Совершенно нет необходимости в твоих дежурствах. Поверь, стране ты сейчас нужна намного больше, чем мне.
Она соглашалась, уходила, но на следующий день возвращалась с первыми лучами солнца, еще более бледная, чем накануне, и с запавшими от бессонницы глазами.
Мама себя губила, это видели все, кроме нее. Но первая леди страны ничего не желала замечать, словно ее мир сосредоточился в больничной палате.
Разумеется, заходил и Грег. Вот только его визиты не приносили того успокоения, на которое я рассчитывал — приятелю никак не удавалось отыскать следы Мии. Ни живой, ни мертвой. Тот, кто ее похитил, слишком тщательно замел улики, чтобы быть обычным разбойником или грабителем.
Вот и сейчас, Голди еще не успела прийти. Видимо, задержали какие-то дела. Маму я успешно выпроводил, снова напомнив об ответственности перед страной.
Несмотря на посеревшую кожу и круги вокруг глаз, которые уже не мог замаскировать макияж, она держалась как всегда прямо, а волосы были безупречно уложены.
Как ни странно, дядя, кузен мамы, ни разу не зашел. Когда же я спросил, что с ним случилось, она уклончиво ответила о множестве дел.
Это было не новостью. У мистера Каннинга их всегда было много, и о большей части он предпочитал не распространяться.
Раньше я не обращал на это внимания, но после того, что узнал, стал относиться более настороженно к его чрезвычайной занятости. Особенно сейчас, после похищения Мии и его таинственного исчезновения.
От невеселых мыслей меня отвлекло появление Грега.
— Ну что?! — я так порывисто поднялся, что треснувшие кости заныли, а голова закружилась.
Грег растерянно развел руками.
— Не понимаю. Она как в оду канула. Ничего не получается узнать.
— В воду она уже падала, и я бы не хотел повторения. Грег, я не понимаю! Ты смог узнать, кто стоит за покушением, когда расследование следовало держать в тайне, но теперь, когда из-за нападения на меня у тебя развязаны руки, не можешь ничего? Что случилось? Ты не можешь или не хочешь? Ты тоже за то, чтобы Мия исчезла? Тоже хочешь отдалить ее от меня? Думаешь, я не понимаю, что ответственен за все происходящее с ней? Дядя же не один все это придумал, он ничего не делает без согласования с мамой, а она считает опасным наше общение с Мией. Думает, оно может стать угрозой моей свадьбе с Голди и объединению семей. Используй все ресурсы. Задействуй все структуры — внутренние силы, военных, разведку. Таможню, вдруг ее вывезли из страны. Я. Не. Могу. Ее. Потерять. Ты меня понял?
