Нет. Я пойду в номер Флоренс заранее и подожду Оливию снаружи, чтобы расспросить ее, прежде чем мы начнем драться за халаты, просекко и лак для волос. Ставлю будильник в телефоне на шесть утра.
Но сон не идет. Я лежу, уставившись в потолок и не переставая думать о предупреждении, которое отчаянно-испуганно прошептала Оливия.
Словно сжатая пружина, я вскакиваю с кровати и подхожу к окну. Представляю человека в маске, который стоит во внутреннем дворике и смотрит на окна моего номера. Делаю вдох и раздвигаю шторы. Уже стемнело. Внизу раскинулся темно-серый газон, за ним – пруд, похожий на открытую пасть, в небе висит луна – одинокое недремлющее око. Но человека в маске нет. Никто там не прячется. Я заползаю обратно в кровать, но всё равно не могу заснуть. Тогда я закрываю глаза и представляю, что мое сознание – это дом, в котором много комнат. И есть один смотритель, чья работа – заходить в каждую и выключать свет. Когда во всем доме станет темно, я засну. Вот только дом продолжает расширяться, в нем добавляются комната за комнатой. Смотритель начинает бегать по коридорам, в каждой новой комнате загорается свет. Взволнованная, я переворачиваюсь на бок – подальше от крохотной лампочки в телефоне, которая сообщает мне, что он заряжается.
Вопросы роятся и жужжат в голове как мухи. Я пытаюсь поймать их, когда они проносятся мимо. Кто эта женщина, выдающая себя за мою сестру? Почему она решила предупредить меня именно сейчас? Это она убила Бриггса? Она работает
Я просыпаюсь внезапно, тяжело дыша, последние нити кошмара цепляются за сознание. Прижимаю ладонь к груди и чувствую бешеный стук сердца. В комнате темно, но сквозь маленькую щель в тяжелых шторах проникает солнечный свет. Рот словно набит песком, в голове пульсирует. Вряд ли я проспала больше пары часов. Но раз будильник не сработал, значит, есть время еще немного отдохнуть. Я тянусь к телефону и хмурюсь, когда он не сразу включается. Он выключен. Но почему? Я не выключала его перед сном. Точно не выключала. Нажимаю кнопку и жду. Когда на экране высвечивается время, желудок ухает в пятки.
– Вот дерьмо, – я вскакиваю с кровати. Я опаздываю.
Дверь распахивается. Передо мной растерянный мужчина с голым торсом. Это явно не тот номер. Я извиняюсь, спускаюсь в холл, иду на ресепшен и еле сдерживаю ругательство: передо мной тот самый администратор, с которым я имела счастье общаться вчера. Увы, он по-прежнему ничем не может помочь. Видимо, считает, что его работа состоит в том, чтобы не помогать. Спустя пятнадцать минут, после разговора с другим, куда более любезным, сотрудником мне сообщают правильный номер комнаты.
17, а не 22, как сказала Оливия.
Я стучу. Открывает женщина средних лет с пышными бедрами и блестящими темными волосами. Она хмурится.
– Вы, наверное, Кейти, – укоризненно говорит она. – Я Шерил, парикмахер-стилист.
Я смотрю ей за спину и вижу просторный светлый номер с открытыми потолочными балками и огромной кроватью «кинг сайз». Фоном играет музыка, слышна оживленная болтовня. Утренние приготовления в разгаре. Я не хочу внутрь. У меня чувство, что я захожу в кишащую акулами воду, но не торчать же весь день в коридоре. Поэтому я просачиваюсь бочком, с красным лицом и подавленным видом. Флоренс в халате цвета слоновой кости спиной ко мне разговаривает с Оливией и женщиной, размахивающей карандашом для губ, – видимо визажистом. Чуть в стороне стоят мать Флоренс, Сьюзен, и тетя Флоренс, Мэй. Стройная привлекательная женщина в черном с дорогой на вид фотокамерой делает репортажную съемку невесты и подружки невесты. Постепенно все взгляды поворачиваются в мою сторону, и у меня возникает тошнотворное ощущение: здесь только что говорили обо мне.
Флоренс сверлит меня испепеляющим взглядом. Губы Оливии изгибаются в легкой самодовольной улыбке. Игнорируя ее, я отвечаю на стальной взгляд Флоренс искренним умоляющим взглядом.
– Мне так жа…
– Твой халат на кровати, – холодно перебивает Флоренс.
Остальные смущенно переглядываются.
Кивнув, я беру халат, заставляю себя идти, а не бежать в ванную, переодеваюсь и споласкиваю лицо холодной водой.
Поверить не могу, что я опоздала. Если бы не выключенный телефон и неправильный номер комнаты… Наверняка Оливия каким-то образом проникла ко мне рано утром и выключила мобильник. Возможно, она стащила вторую карту-ключ, когда я уронила их в холле. Я так и не вернула карту Оскара на ресепшен и не проверила, остались ли у меня обе.
