Лариса всё же села в машину, и я вынудил её назвать адрес при мне, а не потом, Николаю. Моя расстроенная девочка произнесла вплоть до квартиры, и я мысленно несколько раз повторил его про себя, запоминая.
Николай увёз её от меня. И я стоял возле дороги, пытался успокоиться и выдыхал вверх изо рта пар: ночи стояли пока ещё с заморозками. Пар вылетал нехотя, быстро растворялся в воздухе, а это значило, что настоящее крепкое тепло уже не за горами.
Так всё же… почему Лара не пришла с мужем? Почему так сексуально голодна? А есть ли он, этот муж, у неё вообще? Или этот парень давно уже фикция: разошлись, но остались кольцо на пальце и штамп в паспорте на память? И Лара прикрывается этими символами брака, стремясь избежать внимания настырных ухажёров? Похоже на то, похоже на то…
- Ой, а девушка уже уехала? – прервал мои мысли задыхающийся женский голос.
Повернул голову и увидел пожилую гардеробщицу из клуба. В руках она держала сложенный широкий шарф.
- Она вот, палантин свой забыла! – и потрясла им для убедительности.
Я протянул руку, стараясь не поворачиваться полностью, чтобы скрыть от её глаз свой зверский стояк. Мужик с торчащим естеством – пожалуй, это не то, что должна видеть дама её возраста на пустынной улице.
- Давайте мне. Я передам в понедельник, - и уточнил: - Я её начальник.
Женщина немного помялась, словно не решаясь, но всё же протянула шарф мне:
- И правда, всё равно здесь сегодня только из одной фирмы отдыхают. А как вас величать? Вдруг девушка придёт за ним в выходные?
Я взял шарф, накинул его себе на руку, прикрывая таким образом свой топорщащийся срам и повернулся к ней.
- Скажите тогда Ларисе Андреевне, что палантин забрал Седов Юрий Николаевич, её непосредственный начальник, - и выдал ей одну из своих обворожительных улыбок.
Гардеробщица проигнорировала её. Достала из кармана маленький блокнотик и огрызок карандаша, тщательно записала мои данные.
Молодец, вот что значит старое воспитание – доверять доверяй, но документики проверь.
- Паспорт показать? - подсказал ей, но она отмахнулась:
- Список гостей я наизусть выучила. Были там и Лариса, и Седов, так что не нужно.
Я прикинул навскидку: работники фирмы плюс приглашенные с ними гости, плюс деловые партнёры с дамами - и мысленно присвистнул: вот это память! Да её бы к нам лет двадцать назад!..
- Что ж, пойдёмте внутрь. На улице ещё не летняя погода, - и галантно предложил изгиб локтя.
Она по-девчоночьи рассмеялась, махнула на меня рукой и бодро поскакала к служебному входу. Продолжая прикрываться шарфом, я поднялся наверх, чтобы попрощаться с Борисом.
«Геннадьевичем» - чаще нужно напоминать себе, что панибратские отношения закончились, как только Борюсик положил свой глаз на Соню, жену друга.
- Уезжаешь, так рано? – Борис лениво развалился на диванчике, сбоку к его рыхлому телу прижималась блондиночка с явно силиконовой грудью. Видимо, переговоры окончились успешно, и он теперь расслаблялся в приятной компании: Света осталась дома с приболевшей Леночкой.
- Да, дела-дела, - уклончиво ответил, стараясь стойко игнорировать пожирающую меня глазами блондинистую шлюшку из его подмышки.
- Ну да, ты же у нас известный примерный семьянин, - плюнул он ядом, даже не пытаясь скрыть кривящуюся мину. – Передавай Сонечке привет. И скажи ей, что в следующий раз прогула не прощу, - он напоказ сильно сжал одной рукой грудь девушки, наклонился к ней и слащаво пропел: - Накажу… - эта дура игриво захихикала, скрывая за этими отвратительными звуками гримасу боли и омерзения.
Кулаки сжались сами собой от такого пошлого намёка в сторону Сони: ах ты ж, мразь такая… Остро захотелось сделать «минус один с довольствия» прямо здесь - проломить этому обрюзгшему зарвавшемуся козлу череп. Тоже мне, Хозяин Жизни нашёлся…
Но я быстро взял себя в руки: Борюсик успел уже нажраться, как свинья, и берегов не видел. Бесполезно сейчас пытаться вбить ему мозги на место. Он даже не понимает, насколько близок к смерти. Сдохнет и не почувствует: никакого удовольствия. Я растянул губы в холодной вежливой улыбке:
- Всенепременно, - кивнул девице, – приятного отдыха.
Развернулся и направился на выход.
Спускаясь по лестнице, опять поймал на себе злой взгляд Никиты. Алёна вцепилась в него хваткой бульдога и больше не собиралась выпускать из своих цепких ручонок. Я не удержался и криво ухмыльнулся парню в ответ: отвали от Лары, она моя.
Алёна перехватила наши с ним гляделки, взяла ладонями голову Никиты, притянула к себе и напоказ поцеловала в губы. На этот фортель обратили внимание все. Сквозь музыку раздались жидкие аплодисменты, пошлые пьяные выкрики и свист.
Ай, умница какая! Золото, а не девочка.
Машина с Николаем уже ждала меня на улице. Я сел рядом с ним на пассажирское сиденье и старательно безразлично поинтересовался:
- Довёз?
- До самого подъезда, - заверил Николай.
Я кивнул и принялся аккуратно складывать шарф Лары. Водитель мигом срисовал моё состояние.
- К девочкам? - осторожно спросил он.
- Нет, домой, - ответил я и про себя добавил: «Шлюхи здесь не помогут, хочу только Лару...»
