Интересно, если я сейчас возьму и уйду, это будет очень бестактно? Решаю, что нет.
— Геворг Арменович, вы извините, но я немножко волнуюсь за Лиану, она там в первый раз, вдруг выглянет, а меня нет. Я, пожалуй, пойду…
Он резко кривится, но очень быстро берет себя в руки, снова дружелюбно мне улыбается.
— Только одну вещь вам скажу, Мария, и идите.
— Какую? — спрашиваю из чистой вежливости.
— Предателей нельзя прощать, Машенька, — качает он головой. — Тем более, когда есть достойные альтернативы.
— Кхм… — резко закашливаюсь.
Не ему решать, что мне делать со своей семьей, мужем. Не ему, и все тут!
Подскакиваю с места и с извиняющейся улыбкой ухожу.
Достойные альтернативы… Это он на себя намекал, что ли? Ну и друг у моего свекра!
Смотрю на время — без пятнадцати девять.
Мария обычно приезжает примерно без двадцати, вот я и хотел пригласить ее на кофе перед началом трудового дня. У меня к ней серьезный разговор.
Однако я уже пятнадцать минут торчу на парковке, как последний баран, а ее нет. Неужели именно сегодня решила подъехать к девяти или, того хуже, опоздать?
И тут меня прошивает новая мысль: вдруг заболела?
Собственно, а зачем я гадаю на кофейной гуще?
Открываю приложение, смотрю, где она сейчас. А Мария уже в офисе! Странно.
Выхожу из машины, беглым взглядом осматриваю парковку, но ее красного седана нет. Чешу лоб, силясь понять, почему поехала не на машине. Пересекаю улицу, направляясь к офисному зданию. И вдруг вижу перед собой неприятного знакомца.
Геворг Арменович Туманян, приятель отца, из недавних.
Отцу на пенсии неймется. Вроде бы отошел от дел, но денег-то на счету прилично, есть с чем разгуляться, вот и занялся инвестициями, скорешился с этим Туманяном. Фамилия говорящая — мутный тип, как по мне. Вкладывается в новый бизнес, снимает сливки, а другие на него батрачат потом годами.
Он стоит возле серебристого мерса, который наглым образом припарковал почти у самого входа. Некоторым правила не писаны, ведь машину там ставить нельзя.
Главное — как стоит, спокойно, попивает кофе из пластикового стакана. Будто это место — лучшее из возможных, где можно распивать напитки и отдыхать.
— Здравствуй, Айк, — он тянет руку для пожатия.
Изображаю вежливую улыбку, все же друг отца, отвечаю на приветствие.
— Вы здесь какими судьбами?
— Да так, — он хитро прищуривается. — Подвозил кое-кого.
Мне кажется или он вкладывает в эту фразу какой-то особенный смысл?
В этот момент замечаю, что край его стакана с кофе испачкан красной помадой. Впрочем, на щеке у Туманяна тоже виднеются следы помады.
Женщину подвозил, теперь понятно, почему такой довольный.
— Доброго дня, — киваю ему.
Хочу пройти мимо, но от этого типа так просто не отделаешься.
— Айк, я тут буквально на днях вложился в новый проект, замечательный спа-центр. Там весь спектр услуг, приводи жену, ей непременно понравится. Разумеется, для невестки моего друга все бесплатно.
— У Марии есть более важные дела, чем ходить по спа-центрам, — отрезаю строго. — Извините, спешу.
Отворачиваюсь от него и шагаю ко входу.
Самого аж изнутри потряхивает.
Марию! В его центр! Ага, сейчас, прямо разбежался предлагать ей такое.
Во-первых, я не из нуждающихся, вполне способен оплатить жене хоть круглогодичное нахождение в подобном центре. Больше того, уже не раз предлагал.
Во-вторых… Я, вообще-то, помню, как на дне рождения отца этот олень заглядывался на мою жену.
Мария наивная до смешного. Она даже умудрилась не заметить стороннего интереса.
Зато я приметил все.
Этот Туманян, когда думал, что никто его не видит, так и норовил на нее посмотреть.
Жена тоже хороша, вырядилась в черное платье с открытыми плечами. Грудь торчком, фигура обтянута плотной тканью наряда, волосы крупными завитками спадали на плечи.
Как сейчас помню — шикарно выглядела.
Туманян смотрел на нее ровно таким же взглядом, каким вот уже десять лет смотрю на нее я. И мне великолепно известно, что творится в голове у мужчины, который так смотрит на женщину.
Я эту лавочку быстро прикрыл. Велел ей надеть кофту, усадил за стол так далеко от Туманяна, насколько мог. Сразу после ужина забрал домой. Той же ночью строго ей высказал за черное платье, запретил его носить.
В общем, я свою Марию к этому типу не подпущу и на пушечный выстрел, а его к ней и подавно.
Пока жду лифт, пишу жене: «Зайди ко мне, пожалуйста. Выпьем кофе?»
Она отвечает, когда я уже успеваю подняться на нужный этаж: «Начало рабочего дня, Айк!»
Не хочет? Но мне надо с ней поговорить!
«И что? — пишу ей. — Тебя начальник приглашает».
Когда оказываюсь в приемной, прошу секретаря принести кофе на двоих.
Прохожу в свой кабинет, усаживаюсь за стол.
Компьютер не включаю, жду…
Как же мне неприятно из-за того, что она по факту до сих пор со мной ничего не хочет.
Месяц прошел. Месяц!
Что я только ни делал, чтобы наладить отношения с женой. Вился возле нее все это время, куда только ни успел пригласить, даже в Париж звал. Смешно, но даже от такой поездки она умудрилась отказаться. У нее, видите ли, загранпаспорт просрочен, а делать новый нет времени.
