Дождь зарядил через несколько дней после того, как Лэпу с мастерами сделал первую в историю повозку с колесами. Ну, он надеется, что первую. Хотя, может где-то уже кто-то, шибко умный, и додумался поставить на обрубки бревен настил для перевозки грузов и соединить их палкой. Но если семью и наблюдательного гения каменного века перебьет кто-то вроде Ахоя, который собирает силой очередное девятиглавое племя, то следующего изобретения колеса придется ждать еще пару тысяч лет. Интересно, как сложились дела Ахоя на равнине у Трех зубов. Не подсидел ли чернобородого здоровяка хитрый старик в лисьей шапке.
Туман, который последний месяц каждое утро наползал на Каменную стоянку с дальних гор, сегодня наконец-то пропал. Андрей, однако, не обольщался. И ранее случались просветы, когда по полдня землю грело не по-зимнему теплое солнце, но затем снова набегали тучи, и опять заряжал моросящий дождь, из-за которого им приходилось большую часть времени находиться в землянках или в помещениях Каменной стоянки.
Время шло. Вылезли из шатров по своим делам женщины, пробежались дети, торопясь успеть к раздаче еды в «школе», показались «каменщики» из своих клеток, сложенных из булыжников. Андрей прислонился к нагретой солнечными лучами каменной кладке. Приятно. Неужели многодневный дождь закончился, и можно готовиться к дальнейшему пути. А ведь уже наступил последний месяц года по календарю Гррх.
Постарел старый «художник»: борода совсем поседела, а кожа стала какой-то серой. Хромой Уто по его примеру прислонился к теплой стене.
— Не стоит ждать снега, Эссу. Мы можем его не дождаться. Пора выходить на Долгую дорогу.
— На санях мы пойдем быстрее, а реки легче пересекать по льду, Уто.
Андрей понимает его тревогу. Второй год находятся они на Каменной стоянке. А старик не молодеет и может не дойти до Восточных земель, померев по дороге. Однако, зимой по снегу они покроют гораздо большее расстояние, чем на повозках в теплое время года. И не хочется толкать сани по траве и грязи всю весну, лето и осень.
Мимо прошмыгнул Лэпу с лесовиками, решивший воспользоваться хорошей погодой, чтобы заготовить подходящего дерева для новых саней. Ушел на озеро бить уток Эхекка с младшими охотниками. А это еще кто? Неужели Рэту вместе с улыбающейся Гракой?
— Семья с Белой горы отправится вместе со всеми в Долгую дорогу.
Кажется, рыжий решил, что делает ему большое одолжение.
Андрея охватил не свойственный ему гнев.
— Нет.
Грака удивленно выпучила глаза.
Молчат. Молчит и Андрей, зажмурив глаза и делая вид, что наслаждается солнцем. Но дышит глубоко.
— Люди Долгой дороги не могут рассчитывать на белогорцев. Семья с Белой горы однажды ушла посередине зимы, забрав все мясо и шкуры, а в другой раз оставила всех на каменистом острове, решив жить самостоятельно— перечислил он обиды.
— У белогорцев сильные мужчины и умелые охотники,— осторожно проговорил Уто, когда они снова остались вдвоем.
— Дождя сегодня не будет, пора готовить сани и собирать в них вещи,— перевел Андрей тему разговора.— И ждать снега.
Куда все девать? Вечный вопрос, который возникает, когда люди Долгой дороги покидают временную стоянку. У Ам опускались руки— горшки с семенами и косточками заполнили ее сани, а она и половины не вынесла из собранных запасов. Ее карие глаза заполнились слезами. Младшая с голубоглазым Уони наотрез отказывалась помочь ей— у самих нет места.
— Что у тебя?— из неоткуда появилась Старшая.
Ам всхлипнула, показала на оставшиеся горшки.
— Жди,— собранные в хвост светлые волосы мелькнули и пропали за шатром.
Вот кому нужны эти косточки от съеденных плодов, когда даже разрисованные горшки некуда сложить. Младшая завистливо посмотрела на новые сани, которые притащили для Ам лесовики взъерошенного Лэпу. От таких бы и она не отказалась— длиннее обычных, с двумя коробами вместо одного, да еще и место позади осталось, где можно отдохнуть, уютно завернувшись в теплую шкуру. Только тяжелые, наверное.
Старшая появилась снова, на этот раз не одна, а с Эхеккой, который привел недовольного Лэнсу и других младших охотников.
— Они помогут тебе сохранить твои косточки и толкать сани, пока не дойдем до новой стоянки следующим летом,— хвост светлых волос снова исчез шатром. У Старшей всегда много дел.
Над стоянкой висел густой аромат «лепешек».
— Тук, тук, тук.
Андрей толок зерна в ступе. Очень уж много зерна оказалось на Каменной стоянке, не могли они взять все с собой. Поэтому последние дни питались только лепешками и вареными зернами с жиром. Мясо только свежее, но и его нет почти в последние дни, после того, как он запретил охотникам покидать территорию стоянки. Лепешек стало так много, что они образовали залежи в шатрах, подсыхая до каменной твердости.
Монотонное занятие поднадоело. Андрей выбрался к мастерам. Вот уж кому пришлось тяжело, так это сыну Иквы, который никак не хотел расстаться даже с самым маленьким разноцветным камушком, найденным им в пещере. Тающие камни разных цветов, видимо, уже расплавили. Остались только те, применения которым мастера еще не нашли. Зато они красивые.
