Чужеродностью звук был похож на тот, который издавали дети чужаков только намного громче. Молодой охотник подбежал к краю косогора. Догнали они все-таки мужчин из племен Хррх.
— Эой, эой…
Драка была в самом разгаре. Чужаки спрятались за уже знакомыми ему деревянными повозками, да так, что и не видно их. Только иногда сверкают на солнце наконечники копий. На повозки безуспешно пытались взобраться мужчины племен Хррх, а оставшиеся позади кидали в невидимого противника камни и короткие копья. К ним на помощь бежали четыре охотника озерного племени.
Неужели они не видят? В стороне появились еще чужаки, которые закрылись плетенками и слились в одно целое, напоминая многоногого зверя. Не двигаются с места, ждут. Чего они ждут стало ясно, когда с противоположной от них стороны появился такой же зверь.
— Бу-буу-бууу…
После повторного громкого звука сверкающие линии копий понеслись на скопившихся у повозок мужчин, среди которых были и пришедшие с ним люди озерного племени.
Сердце колотилось. Он порывался броситься к ним на помощь, но остался на месте, заставив себя досмотреть все до конца, пока чужаки не затоптали людей племен Хррх, и некому стало с ними сражаться.
Драка давно закончилась. Чужаки снимали одежду и обувь с лежащих на снегу тел, а молодой охотник все продолжал стоять на месте, пока не почувствовал на себе уже знакомый чужой взгляд. Пора уходить, чтобы рассказать об увиденном старшим охотникам племен и Адэху. Он отвернулся и побежал по натоптанной тропе, по которой сегодня от реки пришел кулак мужчин озерного племени.
Вкусное мясо оказалось у молодого кабана, который зачем-то выскочил из зарослей прямо на Лэнсу. Младший охотник был очень быстр— и на ночном костре сегодня грелся не надоевший бульон в горшке, а жарилось жирное мясо. Сытый Энку растянулся на шкурах криворога, которые уложил прямо на снегу. Настоящего криворога, с длинной шерстью колечками, который водится у Круглой горы, где жили большеносые, а не похожего на него короткошерстного животного, обитающего в окрестностях Каменной стоянки.
На санях похрапывает Иква, не упускающая момент поспать при любой представившейся возможности. Мысли лениво крутились в голове большеносого. Для сна еще рано, а после сытной еды идти к Эссу не хотелось. Что у него может найтись кроме окаменевших лепешек с сушеным жиром? Странный все-таки этот Эссу. Разозлился, когда узнал, что белогорцы идут по их следу. А они по-своему правы: каждая семья сама решает, где ей находиться. Только на чужие охотничьи угодья нельзя заходить. А где у людей Длинной дороги угодья? Нет их, пока на летнюю стоянку не остановятся. А это когда еще произойдет.
Кто-то споткнулся и упал прямо на него, больно заехав коленом в живот. Не иначе как один из длинноногих, расположившихся рядом с их отрядом, это они в темноте не очень хорошо видят. Энку вскочил на ноги, чтобы с помощью удара кулаком в лицо научить неуклюжего длинноногого смотреть себе под ноги.
— Эссу?
Неужели пришел узнать, почему он не появился по своему обыкновению у вечернего костра? Но нет, Эссу знаком показал идти за ним. Значит, случилось что-то важное.
Впереди каравана царила суматоха— бежали в темноте куда-то младшие охотники, сильные женщины «каменщиков» под присмотром Эхоута двигали сани, перегородив ими путь на восход. Сильно они все-таки растянулись. В его санях сейчас спит Иква и не подозревает, что здесь что-то происходит. И хорошо бы, если и ему кто-то все объяснил.
— Энзи сообщил, что на реку пришло много мужчин темнокожих. И они идут в нашу сторону.
— Это рядом, даже ленивая Иква дотолкает туда сани до следующего заката.
— Да, мы не успеваем поставить временную стоянку. Ты отправишься с Энзи и младшими охотниками. За реку не переходите, но если темнокожие направятся в нашу сторону, то мы должны знать об этом.
Энку сидел один у костра. Два захода солнца прошло, как он с Энзи и младшими охотниками достигли реки. Чтобы их не заметили, они расположились ниже по течению от места, где на реке находился брод. Сначала исчез Тень с Айолом, с умелым охотником, с которым он часто проводил время, а потом и остальные, чтобы появиться только в сумерках. И целый день он остался в полном одиночестве. Скучно. Надоело сидеть на месте. Покрутился вокруг костра, а затем ноги сами повели его поближе к берегу реки.
Большеносый нашел себе развлечение: он спрятался в камышах и наблюдал за бредущими по противоположному берегу группками темнокожих, которые время от времени направлялись в сторону брода. Одна из них числом пальцев одной руки как раз и шла совсем рядом. С любопытством рассмотрел молодого охотника, который выделялся черной бородой. А тот вдруг остановился и начал вертеть головой. Энку замер на месте. Странно, не встречал он раньше такого, чтобы темнокожие чувствовали чужой взгляд.
— Темнокожие перешли реку,— его нашел Энзи, пора им обратно.
Эхекка умчался предупредить людей Долгой дороги, а они сопровождали темнокожих, которые двигались на заход, стараясь не попадаться им на глаза. Не так уж их и много оказалось.
