Песок, везде один песок. Совсем мелкий, не похожий на тот, который встречается по берегам морей. Небольшого дуновенья ветра достаточно, чтобы поднять его в воздух, а дальше он попадет в глаза или в рот и нос, как не жмурься и не прикрывай лицо рукой. Самое странное, что совсем рядом большая река, но сил у нее хватило только на то, чтобы увлажнить узкую полосу земли вдоль русла, где у самого берега росли густые заросли пустотелой травы с метелками, а чуть дальше редкий лес из деревьев, каких Рэту никогда и не видел.
Уже несколько лун семья с Белой горы движется вдоль большой реки вслед за семьей Гррх. Кто же мог знать, что она течет так далеко. Они задержались на временной стоянке, которую разбили у места, где охотники добыли много настоящих быков. А когда наконец покинули ее, съев почти все мясо, то следы людей Долгой дороги, за которыми они направлялись, скрыл Желтый зверь. Так Рэту назвал песчаную бурю, по аналогии с Белым зверем, снежным бураном, который часто случался зимой на их родном плоскогорье у Белой горы. Чем дольше они шли, тем безжизненной становилась равнина у подножья гор, пока окончательно не превратилась в пустыню. Волей-неволей они прижались к реке- хоть воду не надо искать и можно поймать в прибрежных камышах рыбу или, если повезет, то и выдру. Рэту был уверен, что и Эссу выберет этот же путь.
— Странное дерево, — Грака протянула ему цветущую оторванную ветку растения, листья которого были покрыты белесым налетом. — Повсюду здесь растет.
Рэту вертел гибкую ветвь в руке. Толку от нее, ни дубину сделать, ни древко для копья. Заметил на ней застывшую смолу, которая раскрошилась в руке, и закинул в рот. Зажмурился — вкусно: чем-то похоже на еду Жжж.
Грака улыбнулась его реакции:
— Дети ее много собрали под деревьями. Хватит на несколько дней, чтобы добавлять в вареное зерно. Мяса почти не осталось.
Свежее мясо. Рэту и сам мечтал о поджаренной сочной задней ноге криворога, быка или оленины. Но где ее взять. У реки не водятся крупные звери- ни быков, ни криворогов они давно не видели, что и не удивительно при отсутствии травы. Не говоря уж об оленях, которым подавай просторные леса с нежными ветками деревьев.
Река петляла между песчаными наносами. Казалось, что течение ее остановилось: настолько медленно она текла. Деревья и тростник, дававшие тень по ее берегам, к неудовольствию толкавшего сани Эпея Три Пальца, временами пропадали, открывая красноватые чистые берега.
— Еще одна река! Больше этой! — Эпей показывал своей трехпалой рукой на закат. — Они соединяют свои воды вместе и текут дальше как одно целое.
С пригорка было хорошо видно, насколько вновь образовавшаяся река огромна. Она разлилась по плоской равнине, да так, что противоположный берег и вовсе не просматривался. А куда она течет? Мог ли Эссу так далеко отклониться в солнечную сторону на пути в Восточные земли? Рэту начал сомневаться, правильно ли они идут. Мужчины белогорцев ловили рыбу корзинами, которые сплели женщины из гибких стволов пустотелых растений, по пояс забираясь в мутную воду и ныряя головой ко дну. Быстро же они забыли, как ловили рыбу в семье Гррх. Рэту спустился помочь им.
— Привяжите к корзине веревку и закиньте ее в воду, подождите и тяните вверх по течению к берегу. Не нужно самому лезть в реку.
Рыбалка отвлекла его. Но добычи оказалось не так много, как он надеялся. То ли место неудачное, то ли в жару рыба держится на глубине, ближе к середине реки, куда без плота не добраться.
Грака чистила ножом из растаявшего камня- подарком Старшей- рыбу с огромной головой, которая занимала треть всей ее длины. Удар — вспорола брюхо, еще удар — отрубила голову, решила сварить ее отдельно в горшке с зерном и корнями водной травы для маленького Эссу. Еще одна не помешала бы, чтобы всем наесться. О чем она и сказала своему мужчине.
— Какой сейчас месяц по календарю Гррх?
Грака замешкалась и после непродолжительной паузы ответила.
— Пятый месяц.
— У Белой горы в это время только сошел снег, а в этой реке вода прогрелась настолько, что рыба спряталась.
— А там, в солнечной стороне, куда она течет, еще теплее?
— Рано или поздно каждая река впадает в озеро, а там будет много птицы, рыбы, а рядом лес, в котором растет хорошее дерево для копий. И люди Долгой дороги, наверное, еще там. Эссу не упустит такое место для стоянки.
Живот у Эпея Три Пальца громко урчал. Неудивительно. Он никогда не любил рыбу, а тем более корни водной травы. Между тем последние дни только эту еду и приходилось есть. Поэтому, когда семья решила переждать день-два у берега реки, чтобы собрать водную траву, то он с молодыми охотниками еще в темноте с радостью ушел в пустыню на охоту.
