Не-е, сказал другой. Он снаружи тошнил да срал. Ему б лечь, вот ей-же-ей.
Ну а я не помирать сюда приехал, проговорил третий.
Так а что ты с этим тут поделаешь?
За ним следом пойду, так-то.
Ну и вали тогда. Мы за тобой.
Я дороги не знаю.
Я тоже.
Я думал, ты уйти хочешь.
Ага, но сперва я хочу знать, куда иду.
Завтра бросаю все, ей-ей. А на того Даффи мне плевать, так-то.
Да и я утром уйду.
Нас сюда этот Даффи привез. Так пускай тогда он же и увозит, а?
Никчемный он сукин сын.
Я с тобой пойду, да только без денег своих уходить не стану. Я пришел сюда работать не для того, чтоб бедствовать.
Ага, сперва денежку нашу заберем.
Сторожкая луна, и глянец ее жидок, и он наткнулся на дорогу и двинулся по ней, прочь от нее темно уводила тропа, и он свернул и шел по ней, покуда не наткнулся на ферму. Учтиво коснулся полей цилиндра перед мужчиной, настороженно открывшим ему дверь, и сказал ему, что заблудился, и у него рана.
Его приняли, звать Эйткен Клей, сказал мужчина, протягивая ему руку, голос у него низкий и знакомый, а это вот мое семейство – жена моя Марта, а вот эти вот дети мои Марк, Матфей и маленькая Марта-меньшая, и все они уже спать собрались.
Двое светловолосых и веснушчатых мальцов робко воззрились на Фоллера, а девчоночка с косичками и ленточками уставилась прямо на него и расплылась в улыбке.
Фоллер скупо улыбнулся. Я в эти края пришел немного поохотиться, и в лесу кто-то, не знаю, кто или зачем, ну, они в меня стреляли, сказал он. Само собой, я упал с лошади, и животина рванула с места и удрала, прихватив со мной все мои вещи, и вот все, что у меня осталось.
Марта покачала головой, увенчанной пучком волос, и посмотрела на него глазами сочувственными и сверкающими. Какой дурень станет вот так вот стрелять в человека? произнесла она, а муж ее рядом только кивнул.
Он глянул на Фоллера. Кто-то не смотрел, куда палит, я бы сказал. Мы вас обиходуем, сударь, произнес он. Как, говорите, вас зовут?
Джон Фоллер.
Что ж, господин Фоллер, я вот прикинуть пытаюсь. Где это произошло?
Милях в десяти к западу отсюда, полагаю. Я не был уверен в своем местоположении весь день после того, как это произошло. А теперь я был бы вам признателен, если б вы дали мне перевязать рану да поесть немного, если позволите.
Марта кивнула на его ногу. Это туда вас ранило?
Она вышла наружу на задворки, и вернулась с лоханью и кувшином, и поставила их перед ним. Снова ушла, и вернулась с какой-то чистой тряпицей, и склонилась помочь ему стянуть с ноги сапог. Он убрал ногу от нее подальше.
Я сам могу ногу свою обиходить, спасибо, сказал он.
Он встал, и взял лампу, и выхромал на заднее крыльцо. Снял пальто и вынул пистолет из-за пояса, и сунул его рядом под пальто. Шаги ребенка у него за спиной, и он знал, что за ним наблюдают, а потом рядом села малютка Марта. Он заговорил, не глядя на нее.
Горит ли внутри огонь, Марта-меньшая? спросил он.
Да, ответила девочка.
Попроси тогда отца своего вынести мне горячую кочергу.
Зачем?
Будь хорошей девочкой.
Пальто он придвинул ближе к себе, а девочка встала и вбежала внутрь. Он сидел и слушал, как цикады выкликают ночь, а потом услышал, как деревянные доски отметили появление Эйткена на крыльце у него за спиной. Маленькая Марта-меньшая говорит, вы себе горячую кочергу хотите. Это чтоб ногу вам поправить?
Да. Вы не против мне ее принести? И быть может, немного спиртного, коли есть у вас.
Мужчина помедлил, словно б сказать что-то, и развернулся на месте, и вошел внутрь, и вновь вышел с тлевшим металлом. Фоллер обернулся, и схватил кочергу, и подержал перед собою, а другой рукой стянул рану. Эйткен нагнулся поближе поглядеть, увидел, как он сощипывает кожу и начинает ее прижигать, змей пара подымался от кожи, и его повело от этого вида. Фоллер продолжал, не замечая, пока не зарубцевалась другая сторона. Эйткен зашел внутрь, и вернулся со стаканом виски, и протянул ему, и вынес себе, и хлебнул сам. Больше у меня нету, сказал он.
Фоллер принялся завертывать ногу в ткань, и маленькая Марта-меньшая подошла и села рядом, а Эйткен зашел внутрь. Она посмотрела на высившуюся его громаду.
Мне четыре с четвертью. В следующий день рожденья будет пять.
Фоллер повернулся и пристально поглядел ей в лицо, а потом посмотрел на ее маленькие ручки, державшие банку. Внутри сидела зеленая лающая квакша, храня неподвижность. Девочка потрясла банку, но лягушка не шелохнулась.
Я хочу, чтоб она прыгнула, сказала она.
Ты ее там держать будешь, пока не умрет?
Девочка посмотрела на банку, и глаза ее озадачились.
Я ее просто держу.
Дай-ка я тебе скажу кое-что, животным не нравится, когда их удерживают, между прочим.
Это почему?
Это против их природы.
Она посмотрела на банку свою, и перевела взгляд наверх, на него, и протянула ему. Хочешь себе взять?
Нет, не хочу я это себе брать.
Почему?
Мне с нее никакого проку.
Девочка нахмурилась, и посмотрела на банку, и встала, и вбежала внутрь. За спиной у него возник Эйткен. Я б вам предложил свежую рубашку, но вы, похоже, на добрый размер больше меня, сказал он.
Мне и так прекрасно.
Не хотели бы присесть за стол да отужинать?
