Он привязал лошадь к столбу и вошел в кабак. Внутри смердело людьми немытыми, а пивом давно выдохшимся, и двое мужиков сидели за угловым столиком. У очага спал пес с цепью вокруг шеи. За стойкой округло гнулся человек с жесткой щеткой седых волос и разглядывал чужака на его хромой ноге. Фоллер встал у стойки, и возложил на нее кулаки, и кивнул. Бренди с портвейном, сказал он. Старик глянул на него снизу вверх и почесал голову. Одно есть, сказал он, а другого нету, но дайте-ка схожу погляжу.
Он повернулся, и наклонился, и пошарил, и извлек откуда-то бутыль всю в пыли. Выставил на стойку винный стакан и наполнил его из двух бутылок, и Фоллер его взял и прошел к огню. Взял кочергу, и сунул ее в пламя, и подождал, и даже не глянул на мужчин, наблюдавших за этим представлением, и вынул ее, и сунул, раскаленную докрасна, себе в выпивку. Вылакал содержимое, и облизнулся, и снова поставил стакан на стойку.
Еще.
Буфетчик налил. Старая военная рана, сударь?
Фоллер задержал пристальный взгляд на ряде пыльных бутылок за головой буфетчика и посмотрел в зеркало на мужчин у себя за спиной, которые теперь занялись своим делом. Буфетчик сам себе пожал плечами. Просто спросил.
Фоллер кивнул на стакан и улыбнулся, и буфетчик откупорил бутылки, и наполнил, и он отошел на шаг от человека, как будто само его присутствие стало теперь навязчивым. Вернулся к огню, и нагрел выпивку, и снова дошел до стойки. На этом всё, сказал он. Протянул руку к куртке, и сунул ее в карман, и подержал там. Пошарил и обыскал себе другой карман, а буфетчик с интересом за ним наблюдал, и Фоллер на миг остановился, как будто перебирал в себе мысли, а потом улыбнулся.
Полагаю, у меня тут незадача. Я, кажется, потерял бумажник в реке.
Буфетчик поднял бровь. В реке?
Вчера при переправе упал. Почти всех своих вещей лишился, лошади тоже. Пришлось новую позаимствовать.
Ну, об этом вам следовало подумать прежде, чем заходить сюда и пить мое спиртное. Буфетчик умолкнул и посмотрел в воздух, как будто там могло отыскаться висящее решение, которое устроило б их обоих.
Задержитесь?
В этих краях нет.
Ну, заплатить вам придется.
Фоллер посмотрел на него, отметил широкий нос этого человека и розовое безволосое лицо и встал. Как насчет замять покамест? Это ж всего-навсего выпивка.
Буфетчик выпрямился и почесал подбородок. Уходить, не заплатив, нельзя.
Фоллер повернулся к выходу, и буфетчик крикнул. Эй, Джона. Этот чужак вот говорит, что платить не собирается.
Раздались скрежет отодвигаемых стульев и звуки двух человек, подымающихся на ноги, а пес возбужденно пристукнул хвостом. Фоллер развернулся навстречу надвигавшемуся пристальному взгляду двух квадратных шестифутовиков, Джоной, догадался он, звали человека постарше и седого, который кивнул буфетчику. На другом был приплюснутый нос кулачного бойца. Они смотрели на чужака снизу вверх. Отдайте человеку его деньги, сказал Джона. Фоллер следил за их руками, пока тот говорил, видел, что у Джоны руки покоятся долго и легко, а вот у второго начинают медленно сжиматься в кулаки.
Мужики, вас это не касается.
Теперь касается, произнес второй.
Фоллер улыбнулся. Вам не захочется касаться до того, что касается меня.
Мужчины переглянулись. Заговорил Джона. Вы, может, парняга и здоровенный, но нельзя ж вот так запросто приходить сюда и бесплатно пить спиртное этого человека. Пока он говорил, второй сделал шаг вперед, проворно размахнулся кулаком, метя чужаку в живот. Фоллер быстро отшагнул назад, и тем же движеньем выхватил пистолет, и перевернул его в руке, пока не перехватил его, как дубинку, и тылом его не врезал тому человеку прямо в лицо. Треснули хрящи носа, и хлестнула кровь, а пес ринулся вперед, гавкая. Человек, вереща и хватаясь руками за нос, рухнул, а Фоллер повернулся к Джоне и крутнул пистолет в руке так, чтобы ноздри его смотрели в лицо старику. Тот побелел и сделал шаг назад, подняв руки в воздух, не отводя взгляда от оружия, а буфетчик принялся умолять. Не нужно никакой мне платы. Платить не надо. Просто уходите, вот и все.
Фоллер повернулся, и сунул пистолет обратно себе под ремень, и дотянулся вдоль стойки до бренди, и прихватил его с собой.
Закат, и ехал он к гостиному двору, а узор пения цикад спутывал воздух. Лошадь он подвел к пристройке и сделал несколько глотков из бутылки. Желтая псина шла за ними, следила с обочины, как будто бы ждала человека и лошадь, смотрела снизу вверх искоса, стояла, виляя хвостом, и Фоллер прошел мимо пытливого носа псины, поднялся по ступенькам крыльца и шагнул внутрь.
Горел огонь, и возле него, поникнув плечами, сидел чужак, черпал ложкой фасоль из миски, подносил ко рту, скрытому несколькидневной бородой. Фоллер окликнул тетку с зобом, и та появилась с потным лицом, а на бедре корзина с кусками мяса.
Хочу вымыться у вас в бане.
Тетка быстро кивнула. Позову, когда вода нагреется.
Фоллер повернулся к лестнице, а тетка подалась за ним следом.
Другу вашему? спросила она.
А что с ним?
На него ужин тоже готовить?
Сегодня нет.
