– А это относится уже ко второй части нашего повествования. И здесь всё сложнее. Видите ли, человеческая женщина может зачать от дракона ребёнка, но в таком союзе всегда рождаются только девочки. Стоит отметить, что драконы-мужчины всё же стараются следить, чтобы последствий в виде рождения незапланированных детей не было. Но, рождения девочек-полукровок редко, но всё же случаются. Но даже это не бывает чем-то катастрофичным и из ряда вон выходящим. Катастрофа случается тогда, когда у такой девушки-полудракона рождается сын. Сын от дракона. И по каким-либо причинам растёт вдали от отца и его семьи. Будучи уже на три четверти драконом, он может оборачиваться. И вот тогда, если рядом с ним не оказывается старших драконов рода, он самостоятельно поднимается на крыло и, не в силах преодолеть древнюю звериную сущность, становится тем самым диким драконом. Что и произошло в последнем случае – вашу семью убил именно такой дракон. Сами понимаете, насколько редким может быть такое стечение обстоятельств, но… – лорд Кодрум развёл руки.
– И кто же породил это чудовище? – в горле стоял горький комок.
– Считается, что его мать погибла, пытаясь удержать сына от безумств, – тихо сказал мужчина, затем, заметив состояние собеседницы, налил в стакан воды и подал ей. – Если позволите, я провожу вас до ваших комнат, – предложил он.
Краем сознания Сатура отметила, что лорд Кодрум ничего не сказал об отце того дракона. Но ни выспрашивать, ни выслушивать ответ сил не было. Даже если она услышит имя неизвестного дракона, это уже ничего не изменит.
***
Как и обещал, мужчина проводил её до покоев, после чего, галантно поцеловав кончики пальцев, простился. А Сатура, зайдя в свою гостиную, опустилась на пол прямо у дверей, подперев их своей спиной. И почему она думала, что станет легче, если узнает, откуда взялся этот дикий? Непрошеные слёзы опять текли по щекам. Жалко было родных, жалко было себя, жалко было ту полудраконицу, что родила его, растила, воспитывала и, не в силах удержать от безумств, погибла сама. Даже дракона, убившего маму, папу и Даля, было немного жаль. Он был не виноват, что его бросил отец.
Снаружи кто-то настойчиво толкнул в дверь.
– Мисс Сатура! Зачем вы закрылись? Это я, Кари! Я принесла вам ужин. Или мне уйти? – послышался из-за двери неуверенный голос горничной.
Видеть никого не хотелось. Но и сидеть на полу, размазывая по щекам слёзы, тоже не стоило. Сатура отодвинулась так, чтобы служанка могла войти.
– Ох, мисс Сатура, – захлопотала Кари, обнаружив, в каком состоянии та находится, – что с вами случилось? Вас обидели, да? Тот самый лорд, что велел мне принести вам ужин и приготовить ванну? Это он, да? – вместе с сочувствием в её голосе проскальзывало любопытство.
– Нет, Кари, что ты! Разве лорд Кодрум может кого обидеть?
– И то правда, – служанка, поставив разнос с тарелками на столик, занялась приготовлением ванны, – ещё никто из дам не жаловался, что лорд Кодрум кого-нибудь из них обидел. Наоборот, они все в восторге от него. Ой, – осеклась она, поняв, что сказала что-то не то.
– Ничего, ничего, Кари, – Сатура постаралась незаметно вздохнуть, – я знаю, что все дамы в этом доме в восторге от него. Да, все-все дамы, – грустно повторила она.
– Знаете? А то, может, оно и к лучшему. Люди быстро ко всему привыкают. И если уж у господ-драконов заведено менять женщин чуть ли не каждую неделю, то и люди поступают так же. Чай, мы не провинция какая-то, а столица! Многие леди нынче так делают. Поживут в своё удовольствие, а потом уж замуж выходят. А что? Чем мы, женщины, хуже мужчин? А как уж они направо-налево гуляют! Неужто мы, женщины, должны отказывать себе в этих удовольствиях только потому, что на нас нет штанов. А, впрочем, что это я? Сама видела, некоторые леди уже появляются в обществе в брюках, ей-ей! – Кари подошла к до сих пор сидящей на полу Сатуре и попыталась её поднять. – Вставайте, мисс, давайте, я помогу вам раздеться. Полежите в ванночке, успокоитесь, потом покушаете, и жизнь сразу покажется лучше! А лорд Кодрум хороший, щедрый. Это же так хорошо, что он обратил на вас внимание!
Препираться с горничной совсем не хотелось. Да и большая часть её болтовни прошла мимо ушей. Слух цеплялся только за одно слово – лорд Кодрум. Любвеобильный и сердобольный лорд Кодрум. Как же хорошо опуститься в горячую воду! Горькие мысли плавятся, как масло, и медленно утекают из тяжёлой головы. Сатура даже застонала от наслаждения.
– Что, щиплет? – озабоченно поинтересовалась Кари.
– Что? – Сатура приоткрыла глаза. Кажется, её о чём-то спросили.
– Я спрашиваю, мисс, очень щиплет? – и служанка указала глазами на бёдра лежащей в ароматной воде девушки. – Эти… лорды такие темпераментные, увлекутся, и совсем не обращают внимания, что у девушки, может быть, первый раз всё случилось! Всё-всё, не буду вас смущать, мисс, – попятилась назад Кари, заметив, как глаза госпожи зажглись возмущённым блеском. – Я вам больше не нужна? Я пойду, да? – говоря так, горничная медленно отступала к двери.
– Иди, Кари, иди.
