– И то верно, – согласился мужчина, лизнув рану на запястье, как какая-нибудь собака, – заживает быстрее, – ответил он на вопросительный взгляд, а затем встал и, совершив неуместный в этом месте поклон, произнёс: – Борнгхредшар Колоннор, к вашим услугам! Можете звать просто – Борн.
– Мне нужно бы сказать, что очень приятно, но это не так, – мстительно произнесла Сатура.
– И всё же, надеюсь, мы подружимся, – оптимистично заявил Борнктототам Колоннор.
– Не вижу для этого предпосылок, – отвернулась от него девушка.
– Без моей помощи вы даже не сможете выбраться отсюда, – прозвучал резонный ответ.
Сатура поднялась, опираясь на скалу, к которой её перенёс Борн, стянула руками распоротые края рубашки, в настоящий момент составляющей всю её одежду, и пошла проверить, а так ли уж прав этот подозрительный дракон. Первое, что бросилось в глаза – это огромное подсохшее пятно крови. Не хотелось верить, что это всё, что осталось от любимого. Обогнула пятно по большой дуге, чтобы ненароком не наступить на него, затем прошла по краю площадки. Стоило признать, что обычного пути вниз не было. Вернулась обратно к Борну. Дракон поднял свой камзол, на котором, оказывается, лежала девушка, до того, как пришла в себя, и со словами: «Наденьте, другой одежды пока нет, брюки, сами понимаете, предложить не могу», накинул ей на плечи. Только сейчас Сатура заметила, что здесь довольно-таки прохладно и, неохотно признавая благодарность, укуталась в широкую и длинную, ниже колен, одежду.
– Не стоит благодарности, – как от, действительно, чего-то ненужного, отмахнулся от сдавленных слов мужчина, – вы не простудитесь, но должны же мы даже в такой обстановке соблюдать правила приличия.
«Ну да, особенно после того, как вы, лорд Борн, точно так же как своё запястье, зализывали мою рану на животе и груди», – подумала про себя Сатура. Подумала, но не произнесла этого вслух. Впрочем, слова здесь были не нужны. Спросила она другое.
– Вы знали мою маму?
– Скажем, я много о ней слышал. Я расскажу всё, что знаю, Сатура, а уж выводы делать вам.
– Рассказывайте! Я вас слушаю! И только попробуйте соврать!
– Что тогда будет? – Борн вопрошающе поднял одну бровь.
– Я пока не знаю, что вам сделаю, но вы пожалеете! Это я обещаю!
– Хорошо, я расскажу то, что знаю, а уж верить, или нет, решать вам, – без тени улыбки ответил дракон, – только нам нужно отсюда уходить. Вы не находите, что это место – не самое гостеприимное?
– И как же мы пойдём? Надеюсь, не на крыльях? – Сатура даже не пыталась скрыть свой страх перед гигантскими рептилиями.
– Это единственный путь отсюда, – Борн развёл руки.
– Нет, я ни за что не полечу с вами! – девушка отбежала к самой скале, как будто опасаясь, что собеседник прямо сейчас превратится в дракона и схватит её ужасными когтями. – Я лучше последую в пропасть, за Кодрумом!
– А этого делать не нужно, – мягко ответил мужчина, даже не пытаясь подойти. – К тому же, вам теперь есть ради кого жить.
– Уж не ради вас ли? – горько спросила она.
– Нет, не ради меня, хотя не скрою, я тоже имею свой интерес, но об этом позже, – Борн подошёл к скале в нескольких шагах от девушки и присел. – Что ж, если вы так настаиваете, кое-что я расскажу сейчас, а потом решайте, стоит ли вам жить.
И, собравшись с мыслями, мужчина начал свой рассказ.
– Вас, наверняка удивило, как же вы с лордом Кодрумом оказались здесь, – он глянул на Сатуру и, получив утвердительный кивок, продолжил. – Как вы уже, наверное, догадались, это не простое место. Это место – сакральное для всех драконов. Можно сказать – алтарь. Алтарь любви. Я не солгу, если скажу, что каждый хочет здесь оказаться. Не так, как я или те драконы, что напали на вас, своим ходом, а так, как вы – перенестись. Перенестись на крыльях любви. В момент единения и наивысшего экстаза. Ритуал замешан на обмене кровью. Как видите, вы соблюли его. Вы, Сатура, были единственной и вечной любовью Кодрума Дистаннора. Только в этом случае высшие силы переносят пару сюда. Но это ещё не всё. Почти всегда в таких случаях происходит зачатие, – дракон смолк.
– Что? – Сатура положила руки на живот. – Вы хотите сказать, что у меня, вот так сразу, будет ребёнок? Ребёнок Кодрума?
Борн лишь утвердительно кивнул.
– Но как же обмен кровью? Да, я сделала несколько глотков, но Кодрум…
– Видимо, до того, как принять его, вы были девственницей, – Борн позволил себе усмехнуться.
– Но как же так? Мне говорили, Кодрум же и говорил, что дракон может создать пару только с драконицей?
– А это уже совсем другая история. Стойте там, я сейчас обернусь, забирайтесь ко мне на спину, и мы полетим домой.
Хотелось возразить, что у неё нет дома, но Борн уже отошёл в центр площадки и, покрывшись рябью, превратился в чёрного дракона.
Можно было отвернуться и не обращать на дракона внимания. Можно было разбежаться и, раскинув руки, прыгнуть со скалы следом за любимым, решив единым разом все проблемы. Но вдруг, Борн прав? И у неё может быть ребёнок? А значит, ей есть ради кого жить и бороться.
***
