– Это разумное решение, – наконец вынесла вердикт она. – Спасибо вам за честность, Теодора. Я пару раз сталкивалась с Жоаном Делани и не могу сказать, что нахожу его безумно привлекательным. Но ради вас я… буду менее критична. И приложу все усилия, чтобы Делани изменил свое отношение к ситуации.
– Но я вовсе не хотела, чтобы вы принуждали себя! – растерялась Тео.
– Ну что вы, моя дорогая! Никакого принуждения. Просто небольшая дружеская услуга. Я ведь могу называть вас другом?
– Думаю, что да, – улыбнулась Тео.
Когда Теодора с Лилией пришли наконец-то в «Горячую ложку», Жоан уже заказал вино. Меланхолично ощипывая гроздь винограда, он наблюдал, как поварята разгружают телегу с овощами.
– Добрый день, – поздоровалась Тео, пристально вглядываясь в сухое, плотно обтянутое кожей лицо. – Рада вас видеть.
– Теодора, дорогая! – банкир поднялся, протягивая к ней обе руки. Тео послушно взяла их, изобразив нечто среднее между объятием и рукопожатием. – Кто это с вами? Кажется, мы были представлены. Госпожа… Фонтель!
– Да, именно, – кокетливо взмахнула ресницами спутница Теодоры. – Но зачем же так официально? Мы в чудесном ресторане, собираемся пить отличное вино. Называйте меня Лилией.
– Да. Гхм. Лилия. Конечно, – под пристальным, тягучим, как мед, взглядом Жоан застыл, как кролик перед несущимся на него автомобилем. – Очень рад встрече.
– Всегда мечтала познакомиться с вами поближе, – опустилась на стул Лилия. – Я так много о вас слышала! Идея с выкупом шхун у банкротов – это что-то невероятное. Твердый ежемесячный доход на аренде при нулевых затратах!
– О, госпожа Фонтель… Лилия. Я не могу сказать, что затраты нулевые, – всем корпусом развернулся к собеседнице Жоан. – Да, обслуживанием шхун должны заниматься арендаторы, но вы же знаете этих рыбаков! Они ремонтируют только то, что напрямую влияет на безопасность и количество пойманной рыбы. Но лишний раз просмолить, покрасить, обновить – да эти люди скорее левой руки лишатся, чем потратят хотя бы медяшку на шхуну!
– На чужую шхуну. Вы не думали о том, чтобы предложить еще один вид аренды – с более высокой платой, зато с перспективой выкупа?
– Отличная мысль! Лилия, вы прирожденный предприниматель, – изобразил полупоклон Жоан. – Да, я это обдумывал. Но уровень дохода у рыбаков так низок, что они с трудом выплачивают текущую аренду. Поэтому я склоняюсь к другому варианту. Почему бы не предложить арендатором особые депозиты? Под повышенный процент – но деньги со счета можно использовать только на покупку принадлежащих банку лодок.
– А если клиент закрывает счет досрочно, все проценты сгорают, – восхищенно блеснула глазами Лидия. – Великолепно! Но как быть с тем, что шхуны изнашиваются? Копить десять лет для того, чтобы купить старое судно… Не думаю, что найдется много желающих.
– Вы смотрите в самую суть проблемы, Лилия. В самую суть. Я, естественно, буду понижать стоимость шхун пропорционально износу. К тому же цена изначально будет несколько дешевле среднерыночной…
Когда Тео, торопливо дожевав десерт, поднялась, Лилия и Жоан, не сводя друг с друга сияющих глаз, обсуждали аренду складских помещений.
– Жоан, мне очень жаль, но через двадцать минут у меня очень важная встреча. Не провожайте меня – это совсем рядом, буквально за углом.
– Что? – растерянно моргнул банкир. – А, встреча. Да, конечно, я все понимаю. Был очень рад увидеть вас, Теодора. Надеюсь, мы встретимся в субботу или в воскресенье.
– Пока не могу сказать точно. Увы, в работе городского мага не бывает выходных. Сейчас я занимаюсь сложным делом, оно отнимает массу времени. Но если получится выкроить время, я обязательно вам напишу!
Тео улыбалась так искренне, словно действительно собиралась писать Жоану. А тот изо всех сил делал вид, что ему не хочется снова погрузиться в увлекательный мир товарных складов.
На улице уже неуловимо пахло осенью. Листва на деревьях была изумрудно-яркой, небо – безоблачным, а хризантемы на клумбах буйствовали, расплескиваясь фейерверками цвета. Но это был не взлет, а падение, пылающий румянец на щеках чахоточного больного. Спускаясь по ступеням, Тео тронула пальцем ярко-голубой цветок клематиса, и он беззвучно осыпался, ощетинившись седым ежиком тычинок.
Дело было выполнено, и выполнено успешно. Но оставалось еще одно.
В храме было тихо и пусто. В прохладном полумраке парящий над алтарем огонек вздрагивал и трепетал, как бабочка, зависшая над цветком.
– Предстоятель Валле! Где вы? – окликнула Теодора. И вздрогнула, когда за плечом возникла грузная фигура.
– Я здесь, – священник бесшумно выступил из тени, словно всплыл из темной воды.
– Ох. Вы меня напугали. Что вы там делали, предстоятель Валле?
– Убирал выгоревшие свечи, – священник продемонстрировал горсть оплавленных комочков воска. – Сегодня не день затмения, а значит, вы пришли что-то спросить – или что-то рассказать. Я прав?
– Да. Расследование, которое мы начали – то, с благословениями…
– Я понял, о чем вы. Не так уж много в нашем скромном приходе расследований, – добродушно улыбнулся предстоятель. – Вы хотите узнать конец истории?
