Кроме главной достопримечательности, на площади имелись ратуша, колокольня с часами и церковь благодатного огня, над остроконечной крышей которой сверкали золотом три рвущихся в небо языка пламени. А еще здесь были рестораны. Теодора насчитала штуки четыре минимум – надраенные до блеска медные вывески, снежно-белый тюль на окнах и апельсиновые деревья в кадках, часовыми вытянувшиеся у входных дверей.
Видимо, у рестораторов Кенси были совершенно четкие представления о том, как должно выглядеть солидное заведение. Тюль, медь и апельсины в кадках. Если у тебя нет апельсинов – убирайся с центральной площади, ничтожество.
– Зайдем? – предложила Теодора.
– Может, не надо? – Том повел подбородком, принюхиваясь к летящим из распахнутых дверей ароматам. Пахло свежей выпечкой, ванилью и кофе. – Центр города. Тут дорого все.
Первым порывом Теодоры было махнуть рукой: ерунда, не бери в голову. Я заработала деньги – и собираюсь их максимально приятно потратить. Совершенно естественный порыв, если бы не внушение, которое она сделала контрактному буквально час назад. Если ты рассказываешь слуге, что денег мало – уж будь любезна соответствовать.
Конечно, три серебряные монеты ничего не меняли в финансовом положении Тео. Но в глазах контрактного они были внушительной суммой, и спустить ее на кофе с пирожными стало бы верхом расточительности.
– Ты прав, – тоскливо вздохнула Тео. – Поищем что-нибудь поскромнее. А заодно посмотрим, где тут магазины со стройматериалами. Ты же хотел что-то купить…
– Доски. Сарай перекрыть надо, – тут же оживился Том.
– Вот-вот, точно. Сарай. Доски. А почему, кстати, доски? Может, лучше шифер купить?
– Зачем шифер? – удивленно округлил глаза Том. – Там сарайчик: плюнь – переломится. Такая ветошь каменьи на крыше не выдержит.
– Какие камни? – изумилась уже Теодора. – Зачем камни? Я говорю про шифер.
– Ну да! Это камни.
– Так. Погоди, – остановились Тео. В душе ее шевельнулось нехорошее подозрение. – Шифер. Такие серые листы, шершавые на ощупь. Идут волнами, – она рукой изобразила крутые изгибы поверхности. – Ты ведь знаешь шифер?
– Знаю. Это сланцевые плиты. Бывают, конечно, и серые – но никаких волн там нет.
Контрактный смотрел внимательно, с задумчивым прищуром. Было в этом взгляде что-то такое… что-то нехорошее.
– О. Вот как, – прикусила губу Теодора. – Сланец… Ну, знаешь, я не очень-то разбираюсь в строительных материалах. Просто видела эту штуку иногда. Издалека. Мне показалось, что она волнистая.
– Конечно. Вы же благородная госпожа, – покладисто согласился контрактный. – С чего бы вам крышами интересоваться. Только вот шифер – это действительно камень. Слоистый такой, как бумага. Его разбивают на пластины и укладывают, как черепицу.
– Вот как, – с деланным равнодушием пожала плечами Теодора. – Понятия не имела. Хорошо, я поняла: шифер не подходит. Значит, мы купим доски. О, посмотри, какое милое заведение. И очень недорогое не вид, – воспользовавшись случаем, сменила тему она.
Таверна действительно выглядела недорого – и очень колоритно. Неровно выбеленные каменные ступени спускались в подвал дома, к тяжелой, окованной железом двери. Как будто не вход в забегаловку, а филиал рыцарского замка.
Надпись на широкой доске предупреждала всех интересующихся, что в заведении госпожи Вивес подают готовые завтраки с восьми до десяти, обеды – с полудня до трех часов и ужины – с семи до девяти.
Приходите к нам три дня подряд, и на четвертый накормим бесплатно! – сулила дополнительную выгоду вывеска.
Контрактный внимательно оглядел узкую улочку.
– Я думаю, что недорогое. Хозяева на мастерские работают – в таких заведениях цены высокими не бывают.
– На какие мастерские?
– Да вот же, – махнул рукой на неказистые приземистые здания Том. – Вон мебельная мастерская, вон камнетесы. Работают с девяти до семи, перерыв на обед после полудня.
Только теперь Тео осознала, что навязчивые звуки пиления, сверления и долбежки – это не чей-то ремонт, а местная, прости господи, промышленность.
И это было грустно. Забегаловка, ориентированная на столяров и камнетесов, вряд ли могла порадовать кулинарными изысками. С другой стороны, если уж Тео объявила о значительном дефиците бюджета…
– Отлично. Попробуем, чем питаются простые рабочие, – провозгласила Теодора и решительно направилась к лестнице. – А ты чего встал?
– Я… Ну… – Том переступил с ноги на ногу. – Я… Тут подумал.
О боже. Опять. Да что ж такое-то.
В этом мире должен быть закон, запрещающий контрактным думать.
– Я тебя слушаю, – подтолкнула к решительным действиям Теодора.
– Я подумал… Ну… Может, я тут подожду? А дома картошки поем. Она сытная, когда с маслом, – контрактный нервным движением оправил рубашку. – Зачем лишние деньги тратить?
– О пречистый огонь, – возвела очи горе Теодора. – Мы и так экономим. Обед из трех блюд – две медяшки, это же практически даром. Поэтому не говори глупости. И пошли обедать.
– Да, госпожа, – мгновенно сдался контрактный. Судя по скорости капитуляции, давиться картошкой он не хотел – но очень стыдился в этом сознаться.
