– Мы не были уверены, что вы вернетесь, – качнул головой генерал, позволив себе легкую усмешку. – Обычно человеческие маги проходят трансформацию тогда, когда что-то держит их на земле. В другом случае пережить глубинные изменения тела и не сойти с ума удается немногим.
Граф мысленно вознес молитву Светлым, за девочку-жену, сохранившую ему разум, и сделав еще пару шагов приготовился слушать дальше.
– Мне сообщили из столицы, что титул принял ваш дядюшка, но это ваши личные дела. Разберетесь сами. Для меня важно то, что вы стали гангутом. Я надеюсь на ваше благоразумие, и на то, что вы больше не допустите подобных стычек. Я не желаю терять подданных из-за диких прихотей мальчишки, возомнивших себя полководцем!
– Ваша Светлость, – Жак был почтителен, но непреклонен, – я всего лишь граф. У меня нет столько влияния и силы, чтобы остановить наследника, если он вновь пожелает поиграть в солдатики. К тому же я офицер. Не лезу в политику, редко бываю при Дворе и не могу обещать ничего, даже за спасение моей жизни и возращение в Ветландию.
Жак искренне ждал генеральского гнева, возможно, крика или толчка, но пугающий генерал Корадис внезапно рассмеялся:
– Вы мне все больше нравитесь, дю Боттэ. Права была Луиза, вы достойны.
Они все же выбрались из подвала и очутились в прохладе ранней весны. Влажный ветер коснулся выбритого лица графа и выбил слезы. Генерал не торопил его, стоял, любовался вытоптанным двором, и только тогда, когда Жак сумел сдвинуться с места, повел его ко входу в небольшой флигель, пояснив:
– Здесь живет моя семья, когда я навещаю крепость.
Внутри каменного здания было удивительно тепло и уютно. Пахло жареным мясом и сладостями. За столом их ждала смутно знакомая графу дама.
– Леди Корадис! – склонился дю Боттэ, целуя руку хозяйке дома.
– Граф, – мило улыбнулась она в ответ, – рада вас видеть. Прошу к столу, вы похудели, вам стоит восполнить силы.
После этого леди повернулась к генералу и с улыбкой сказала:
– Простите меня, Эльтер, я не стала никого приглашать, чтобы не смущать нашего гостя.
Генерал в свою очередь поцеловал пальцы жены и успокоил ее:
– Вы все верно сделали, моя дорогая, и мне приятно вам сказать, что вы были правы.
Пока подавали жаркое, с гарниром из незнакомых графу овощей, разговор шел простой и необременительный – о погоде, видах на урожай и скором цветении сирени. А вот когда все насытились, и молчаливый слуга подал вино и сладости, генерал перешел к серьезному разговору. При этом леди Корадис никуда не ушла, и принимала участие в беседе.
Так Жак и узнал, что пленных возвращенных гангутами во имя сохранения тайны не пустили в столицу. Солдат и младших офицеров отправили на другую границу, не позволив повидаться с родными или заглянуть домой.
– Наших подданных вернули почти целыми, – мрачно рассказывал генерал, но с магическим запретом на рассказывание того, что было в плену. Таким образом ваш король пытался сдержать слухи о войне. Да, граф, о войне. Несколько месяцев боев, нападение на мирные деревни, захват знатных заложников с обеих сторон… По-другому это назвать невозможно.
– Так чего вы хотите от меня? – устало вздохнул дю Боттэ. От горячей сытной пищи его повело, но он мужественно боролся со сном.
– Защитите наши королевства от новой провокации, – рубанул воздух ребром ладони генерал. – Я напишу бумагу, в которой объявлю вас птенцом, выпавшим из гнезда. Есть у нас такой термин для горгулий, живущих в другой стране. Мы поможем вам деньгами и политическими связями. Нам важно избежать новых столкновений.
– Да как я смогу? – разозлился граф, и… услышал треск ткани.
– Забыл предупредить, – невозмутимо сказал генерал, – скрыть обретение вами крыльев невозможно. Вы сейчас подобны нашим детям. От сильных эмоций крылья раскрываются и будут раскрываться еще несколько лет, пока вы не возьмете под контроль свою новую магию.
– Новую магию? – едва выдавил из себя Жак. Он был довольно сильным огневиком и учился контролю с малых лет. Вот только способы контроля у магов различались. Новая магия – новые способы, заклинания, приемы…
– Ваша огненная стихия осталась при вас, – успокоил его генерал. – Поэтому собственно трансформация и проходила в сыром подвале, чтобы вы не сожгли все вокруг. Но к огню добавился воздух – без него горгульи не могут летать, слишком тяжелы. Плюс кое-какие специфические способности – более тонкое обоняние, например.
– Что будет, если я откажусь сотрудничать с вами? – напряженно спросил дю Боттэ.
– Ничего, – генерал равнодушно пожал плечами, – вы просто вернетесь в столицу или в свое поместье. Мои люди вас не побеспокоят.
Жаку стало легче.
– Но все же, если передумаете… Я дам вам несколько контактов в столице. Боюсь принц пожелает уничтожить все напоминания о своем провале.
– А это был провал? – хрипло уточнила Жак, сразу же вспомнив проигрыш Наследника в скачках. Тогда были пристрелены все лошади, принимающие участие в заезде. Жокеи чудом избежали немедленной казни. И ведь эта история ходила по столице, как анекдот. Что же сделает принц с теми, кто выжил вопреки?
