Граф и графиня дю Боттэ встали перед алтарем держась за руки, и погрузились в свои мысли. Им было о чем подумать. Амелия пыталась принять мир, в очередной раз перевернувшийся на ее глазах. Дочь священника, нечаянная невеста, вдова, и вдруг – снова супруга! И пусть сама она, по собственному мнению, ничуть не изменилась, но даже то, с каким почтением кланялись ей слуги, встречавшиеся в коридорах дворца, говорило о многом. Новый статус, новые обязанности, дети и…да, графу же нужен наследник! Кажется у Амелии запунцовели уши, и она опустила взгляд на их соединенные руки. Муж нежно поглаживал ее пальцы, хотя смотрел на алтарь и думал о чем-то своем. От этого становилось как-то спокойнее.
Жак же старательно подавлял эмоции. Отравление пленных окатило его холодной водой – дядя не успокоится, и будет искать пути для возвращения титула. А что может быть проще, чем обвинить племянника в предательстве? Доказать всем, что храбрый офицер превратился в жестокого гангута? Прежде он мог себе позволить не обращать внимания на политическую возню родственника, ведь одинокий мужчина сам себе хозяин. Но теперь у него была жена – хрупкое создание, нуждающееся в его защите!
За спинами смельчаков, пришедших подтвердить клятвы понемногу собирались любопытные. Как-то незаметно появились король с королевой и генерал Корадис. Амелия и Жак ничего не замечали. Их охватило некое безвременье. Внутренняя тишина, похожая на полет во сне.
Когда первый луч утреннего солнца упал на алтарь, жрец тихонько занял свое место и мягким тоном сказал:
– Пусть небо, огонь, вода и земля станут свидетелями клятв, что вы произнесли когда-то!
Жак будто очнулся и протянул сомкнутые руки к лентам. Колокольчики звякнули. Растение закачалось, словно над ним пронесся ветер. Полыхнул огонь. Плеснула в кубке вода. Солнечный свет, узким лучиком прочертивший линию от оконца до алтаря вдруг стал широким потоком, накрывающим стоящую у алтаря пару. Пляшущие в воздухе пылинки золотым потоком обрушились на Жака и Амелию, в один миг осыпав их с головы до ног!
– Благословение стихий! – выдохнул кто-то в толпе.
– Брак подтвержден! – торжественно провозгласил жрец, и сияние медленно погасло.
После церемонии, гости неохотно начали покидать часовню, а к новобрачным подошел король:
– Я рад, граф, что вы вернулись, – сказал он, – ваш преемник… не оправдал наших ожиданий. Надеюсь, в самое ближайшее время увидеть вас на Совете Лордов.
Эммет вежливо раскланялся, Амелия присела в реверансе. Едва монарх отошел, к капитану приблизился генерал Корадис:
– Дю Боттэ, я и мои люди у вас в долгу.
Намек на спасение пленных был более чем прозрачен, но Жак возразил:
– Это не так, генерал, – мотнул он головой, – я сделал то, что сделал бы любой офицер в подобной ситуации.
– Что ж, вы можете считать и так, – не стал спорить гангут, – и помните, что ваша физическая форма сейчас зависит от вашего душевного состояния. Не поддавайтесь на провокации!
Дю Боттэ прислушался к себе и чуть не выругался вслух! Он совсем забыл про крылья! А вот генерал не забыл и вероятно еще в бальном зале кинул на него какое-то сдерживающее заклинание! Остатки этой магии развеялись, под действием высших сил, и теперь он мог невольно выдать себя разозлившись, или испугавшись.
– Благодарю за совет, генерал! Я приму его к сведению! – ответил Жак, сохраняя невозмутимый вид.
Где-то в саду еще гремела музыка, слышался смех и пьяные крики – бал, по традиции продолжался до полудня, но гости имеющие покои во дворце уже понемногу расходились по комнатам, чтобы урвать пару часов сна и встретить финальный котильон бодростью, улыбками и свежими нарядами.
Однако молодоженов это не касалось. Как только свидетели разошлись, Жак и Амелия медленно вернулись в ее покои. Ехать ранним утром в особняк дю Боттэ было бессмысленно – в городе тоже были гуляния, и слуги наверняка ушли из дома на праздник, оставив магическую охрану, да парочку стариков, не желающих оттаптывать ноги. Так что выделенная Амелии комната была их единственным убежищем по крайней мере до обеда.
Граф и графиня шли рядом сначала по аллеям парка, потом по лестницам и коридорам. Паж в потрепанной курточке маячил впереди, указывая путь, а после исчез у знакомой двери. Амелия вздрогнула и осенила себя знаком Светлых, а Жак криво улыбнулся:
– Не думал, дорогая супруга, что нам повезет встретить Хранителя королевского замка. Говорят этот паж встречает тех, кто важен для династии.
– Это магия? – дрожащим голосом уточнила девушка.
– И очень древняя, – сказал граф, и распахнул массивную дверь.
Спящая в кресле камеристка вскочила, прикрыла рукой зевок и спросила:
– Прикажете готовиться ко сну, миледи?
Девушка искоса взглянула на графа, и тот понял ее неловкость, ведь комната, хоть и достаточно просторная была одна.
– Вы можете поставить ширму, – сказал Жак, чувствуя, как бесконечный день наваливается на плечи. – И не беспокойтесь, мне вполне хватит кресла. Больше мне сегодня некуда идти и нет сил затевать разбирательство с дядей.
