— Когда ты спустился со мной в тайник, ты ведь еще ничего не знал о заговоре. Или о Каталине. Там ведь было только оружие… Драгоценности… Или на счету Сайруса не только это?..
Он колебался не более нескольких секунд, но затем кивнул.
— Он потопил "Сирену", — тихо произнес Грегори. — О чем-нибудь говорит это название?..
…На Галерею я поднималась оглушенная.
Рональд уже ждал. Он стоял, облокотившись на перила и свесив сомкнутые в замок кисти над двориком. Коротко кивнул при виде меня, поприветствовав мимолетной полу- улыбкой, и снова перевел задумчивый взгляд на золотисто-розовые широкие мазки облаков.
— Куда ты ходил? — спросила я сразу, как только подошла к нему и скользнула ладонью по нагретым заходящим солнцем каменным перилам.
— Говорил с Джефом, — безо всякого выражения ответил Рон. Только терявшийся вдали взгляд стал темнее, жестче.
— Я думала, что он…
— Избавляться сразу от источника важной информации — неразумно, — безразлично заметил Рональд. — А твой муж — не тот человек, кто привык совершать неразумные поступки. Знаешь… До сих пор трудно поверить, что ты замужем, — признался он вдруг, и в бездонной темноте глаз проскользнул быстрый теплый лучик. — И так удачно.
— За "герцогом"? — поддела я, не удержавшись.
— За человеком, которому ты дорога.
От тихих слов, прозвучавших неожиданно тепло для моего сурового брата, от короткого взгляда, брошенного на меня, и мягкой улыбки — на груди потеплело.
— Прости, что… — я легонько опустила ладонь на его руку. — …сомневалась в тебе.
— Я сам виноват, — уверенно мотнул головой Рон и положил широкую ладонь поверх моей. — И в том, что случилось с тобой, и в том… Что случилось с… ней.
— Джеф сказал так? — спросила резко, невольно начиная закипать от праведного гнева.
— Джефу оставалось уточнить для нас пару вещей: как отец собирался использовать тебя, раз учил картам; и о ней, да… — отрешенно согласился Рон. — С шифром все оказалось еще проще, чем мы думали: отец попросту не смог обучить Сайруса. Бился с ним, как и ты со мной, но без толку. Тогда и решил научить тебя: надо ж было хранить секрет где-то еще, кроме собственной головы.
— Почему не тебя?
— Я ж тогда был кадет, — невесело усмехнулся Рон, свесив голову вслед за опустившимся во дворик взглядом, и даже не смахнув упавшей на лицо темной челки. — Хотел однажды дослужиться до гвардии. А там мечтал о личной охране самого королю, и отец… Просто не был уверен во мне: я слишком редко бывал под его личным контролем в замке, слишком много времени проводил среди тех, кто собирался взрастить из мальчишек преданных королю гвардейцев. А там и история с Каталиной ясно показала мою, — он едко хмыкнул. — …неуправляемость. Сайрус же не просто так разоткровенничался в тайнике, теряя там время на все эти долгие разговоры. Это была проверка. Нас с тобой. На преданность семье и готовность пойти за "общим делом" до конца, чтоб потом на корабле ему не случилось "неприятного сюрприза". И мы проверки "не выдержали", — подытожил безразлично. — Зато выдержали другую, — добавил задумчиво.
— Грегори не собирался устраивать нам проверку, — запротестовала я.
— Я знаю, — спокойно согласился Рон. — Но вышло так. И, наверно, оно к лучшему… Твой герцог не поверил бы нам, если б не увидел своими глазами, — повторил почти в точности мои размышления. — Я б на его месте не поверил.
Галерея снова погрузилась в молчание, прерываемое только тоненькой мелодией запоздалой птичьей трели где-то недалеко.
Краски заката за эти несколько минут успели стать более насыщенными, и царившее вокруг безветрие не разгоняло облака, позволяя им примерять на себя одну палитру за другой. И на это хотелось смотреть, не отрываясь… Представлять, будто золотые лучи могли проникнуть в самую душу и прикоснуться к темноте, которая оставалась там…
Я глянула украдкой на Рональда. Он по-прежнему буравил взглядом терявшуюся в тени мостовую дворика внизу, погруженный в собственные мысли и не видя богатой росписи небес вовсе. Не видя, показалось, и самого дворика.
— Сайрус заставил ее, — тихо произнес Рон, когда я уже была почти уверена, что он собирается просто пожелать спокойной ночи и уйти. — Скорое замужество за первым встречным… Тайком от меня… Эти ее слова после венчания… Это был Сайрус. Знал, что я никогда не откажусь от нее сам. И знал слабое место де Лесли. Гордыня. Чертова гордыня, Нори… Знал, куда ударить… И заставил ее сделать это, — его рот исказился короткой болезненной гримасой. — …ради меня, ради моего будущего, если действительно любила… — свисавшая с перил ладонь стиснулась в кулак. — И я… оставил ее. Оставил тогда, когда она нуждалась во мне больше всего на свете… Одну. Неизвестно с кем. Поверил в эту чудовищную ложь… Ушел и даже не обернулся… Джеф сказал, что мне достаточно было лишь обернуться, разок всего, чтоб понять, увидеть ее лицо, ее глаза, которыми она провожала меня тогда… Дьяволов старик…
Разговор с Рональдом, деталь за деталью, продолжал звучать в воспаленной голове, даже когда я вернулась в спальню.
