Вся в ряске, из воды торчала рукоять богатой сабли, с навершия в небо скалилась зубастая пасть. Сабля псоглавцев. А на коряге неподалеку висели обрывки грязной тряпицы с уже давно засохшей кровью.
Я, мокрый, замерзший и опустошенный, выбирался к границе болот. И мне было жаль только, что пропал мой кривой нож.
Хороший был ножик.
Конного я приметил издали.
Маленькая, едва различимая фигурка всадника появилась на самом краю холма. Он медленно, словно нехотя, приближался, нарастал, поднимая за собой клубы пыли. Уже можно было разглядеть, что он ехал споро, торопился, подхлестывая коня. Следом за всадником поспешала сменная кобыла.
По всему видать, гонец, прикинул я без особого интереса. Мало ли с какими вестями послали конного. Не зашиб бы второпях – и ладно.
Я продолжал идти по дороге, что текла через бескрайние поля, изредка поглядывая на одинокого всадника впереди. Места здесь были не глухие, конный шел резво, а значит, лошади были еще свежи, да и у наездника сил доставало. Скорее всего, из ближайшего острога путь держит.
Я сдвинулся от беды подальше к краю дороги.
Давно я не бывал в здешних местах. Красна наша земля, всем лепа, да везде по-своему. Бескрайни дороги Руси Сказочной. Столь обильны места: горные неприступные хребты Ур-горы и тайны Дивьих племен; болотистые топи Дали, где прячутся легенды о чуди белоглазой; необъятные, выжженные солнцем, разметанные ветром степи Крайни, где наши граничники стойко держат набеги псоглавцев; холодные и неприветливые снежные пороги северных Олов, где еще можно встретить (по слухам) следы волотов-гигантов. Много, много верст лежит по землям родным. Говорят, на восток аж до самого Бескрайнего моря, где заморская нечисть, чужие племена, другие обряды да обычаи.
Я мечтательно улыбнулся: побывать бы там, пополнить записи новыми, никем не виданными чудесами. Но это все грезы, а пока что путь мой лежал через земли под крылом Гавран-града.
Сильны были здешние князья, богаты угодья, обильны пашни. Да только интересу мне с людского достатка было мало, гнал меня вперед свой расчет: слух шел, что в окрестных деревнях у Ворожьей стойки, что на северных окраинах княжьих земель, лихо завелось. И вроде как слухи шли смутные – то ли мор, то ли беды разные, а только проведать надо было. Шанс такой упускать никак нельзя. Лихо нечисть редкая да дюже сильная. Много бед приписывают ей, когда просто падеж, когда неурожай, да только если и на самом деле лихая беда пришла, то времени терять было нельзя – коли не унять в пору волну несчастий, все земли захлестнуть может. Рассказывал как-то старый Баян, что было пару раз такое, что все земли Руси Сказочной лихо накрывало, темные времена наступали. Брат шел на брата, друг другу ворогом становился, злоба в сердцах селилась беспричинная, злоба да зависть. Уходила радость с земель родных, беда за бедой чередом шли, друг за дружку цеплялись. Немало тогда ведуны сил тратили, пытаясь образумить людей, изгнать зло лихое. Немало голов было сложено. А потому долг мой был – убедиться, может, бают нечистики-балаболы, может, к случайной беде лепят недолю.
За своими размышлениями я как-то не приметил, что всадник оказался уже близко.
Увидав меня, он саданул коня сильнее. А как только поравнялся, рванул поводья и затормозил. Скрылся в столбе сухой пыли и лошадиного ржания.
Закашлявшись и утирая запорошенные глаза, остановился, силясь разглядеть наглого всадника. Негоже с ведунами так озорничать. Но не успел я разразиться гневной тирадой, как из клубов на меня буквально выпал парень-гонец.
Только сейчас я смог его разглядеть.
Еще молодой, лет шестнадцати от роду. Обычный разъездной на посылках. Высокий, загорелый до меди, с копной взъерошенных, не видавших гребня выцветших волос. Бешеные глаза радостно смотрели на меня.
– Гой еси, ведун! – звонко крикнул мне парень прямо в лицо, соскочив с коня и отвесив скорый поклон. – Благость какая – встретить тебя. Ты-то нам и нужен!
Я недоуменно пробормотал что-то невнятное, вопросительно уставившись на гонца. Отказать в просьбе о помощи я, конечно, не мог, но редко когда люди сами выискивали ведунов. Обычно куда ведун приходит, там и смотрит, как Быль и Небыль живут вместе. А коли какая беда, то уж нечисть сама разносит слухи, полнится земля говором да пересудами. Слушает ведун байки нечистиков, на ус мотает, где кому помощь нужна – туда и идет. Я так про лихо-то и прознал – с неделю назад один разговорчивый аука поведал, мол, ему рассказал леший из соседнего ельника, что одна обдериха болтала знакомому попутнику, будто ей говорил знакомец баламутень, что… и так по всей земле. Вот и шел проверять слухи. А чтобы вот так, конными искали? То, видать, острая нужда.
