На время оставлены притоком молитвенного чувства эти церковно-народные святыни, чтобы реальными жертвами не питать лжи, не поддерживать раскола и не затягивать духовной болезни. Для верующих величайшая Святыня – Истинная Церковь, исполненная спасительной благодати в таинствах и обрядах, в которой каждый образ может чудодействовать. Чудеса истекают не от образов самих по себе, а чрез образы от Первообразов, от живых существ небесного мира, лики которых изображены на иконах. Для Богоматери и св. великомученика Пантелеймона, благодатно живущих в истинной Церкви, не одинаковы в достоинстве – Истинная Церковь и самочинно отколовшаяся от нее людская община, своим отколом только скорбь наносящая им и первее всего Христу. Неугодно им будет изливать благодатные свои милости чрез свои образы, хотя и прославленные чудесами, но находящиеся в пользовании тех, кто делает церковный раскол, который, по Златоусту, тяжелее ереси. Если бы эти святыни находились в среде безбожников или язычников, то там скорее могли быть проявлены святыми чудеса чрез свои образы для обращения их ко Христу, подобно тому, как Ковчег Завета, находясь у Филистимлян, взявших его в плен, производил силою Божиею поразительные для язычников чудеса или как сам Христос совершил чудеса среди неверующих иудеев, для возбуждения в них веры в Себя, как Посланника Божия, или как свв. апостолы, являясь в языческую среду, силою Христовою совершали многие знамения, привлекавшие язычников к вере во Христа. При всех этих совершавшихся чудесах не было спора или вопроса о том, где Истина, ибо Она была явно у тех, кто, проповедуя ее, подтверждал действительность ее чудесами. А в отношениях Патриаршей, истинной Церкви и живоцерковных отложений вся суть – где Истина? И живоцерковники отложились от Истины во имя какой-то истины и подменили Истину ложью. Посему Богоматерь и св. Пантелеймон, пребывающие в Истине Христовой, а следовательно в Церкви, утверждающейся на этой Истине, не пожелают благодатно пребывать в своих образах, оставят их, чтобы слабые верующие, не имеющие духовного опыта отличать Истину от неправды, при всяких случаях принимать первую и отвращаться второй, видя чудеса, совершающиеся в церковном расколе, не
В смутное время Церковной жизни для выявления Истины благодать Божия действует особым образом. Эта-то благодать, пребывающая в глубинах сердец, ищущих Истины, спасения, быть может, мало осознаваемая и удерживает народные массы от молитвенного посещения церковных святынь в местах живоцерковных, где они не могут ощущать истинного благодатного действия. Святыни, через которые видимо проявлялась благодать, в сердцах народа не потеряли своего значения; в духовных глубинах своих он чтит их, но не идет туда выражать свои глубинные стремления, а духовно – бурным потоком устремится опять к ним тогда, когда они возвратятся в Истинную Церковь, где они и прославлялись и опять прославятся благодатными проявлениями. Все это – для возвеличения Истины и свободно-сознательного восприятия ее верующими.
В других губернских городах живоцерковники держатся несколько крепче, благодаря тому, что им пришлось с самого начала везде, кроме Новгорода, захватить кафедральные соборы и много других храмов, в которые народ идет по привычке, не разбираясь в разностях истинной Церкви и живоцерковной. Но теперь, когда представилась возможность на законном основании организовать епархиальную жизнь, можно надеяться, что живоцерковничество скорее пойдет на убыль. Несколько тверже оно держится на юге России, в Малороссии, где оно лучше организовано.
На перифериях оно часто поддерживается местными властями в противовес Патриаршей Церкви по принципу третьей стороны к двум враждующим – поддерживать слабого, чтобы обессилить крепкого. Хотя местные власти не препятствуют приезду назначенных Патриаршим Синодом епископов в губернские города, но нередко не разрешают им объезд своих епархий; в таких случаях иногда Синод для этой цели в качестве помощника правящему командирует другого иерарха. Живоцерковные иерархи этого стеснения не имеют.
