Таким образом, предложив Юному маршалу найти своего человека для сопровождения мальчиков в Союз, в Москве убили сразу двух зайцев одним выстрелом. Юный маршал гарантирует безопасность детей во время поездки и берет на себя все финансовые затраты, а также обеспечивает сопровождение детей, включая и няню. Но самое важное — маршал воспримет это приглашение как знак того, что Москва всерьез заинтересована в сделке, чего нельзя достигнуть, пока Чан Кайши правит в Китае.
Юный маршал пришел в восторг и быстро произвел все назначения. Его представитель вместе с мальчиками отбыл из Китая в Марсель 26 июня. Из Москвы сообщили, что они могут забрать советские визы в Париже.
В июне 1936 года в двух южных провинциях, Гуандун и Гуанси, произошло выступление против режима Чан Кайши. Мао пытался убедить Юного маршала воспользоваться возможностью и превратить северо-запад страны в восставшую территорию, перешедшую на сторону красных. На заседании Политбюро он заявил, что его целью было создание единого объединения, «подобного Внешней Монголии», то есть государства-сателлита Советского Союза.
Однако Юный маршал на это не пошел. Он хотел править всем Китаем, а не его частью. Москва же проявляла открытое неприятие этих намерений маршала. В конце июня, после перерыва в двадцать месяцев, было возобновлено радиосообщение между Москвой и китайскими коммунистами. В первой телеграмме Коминтерну Мао просил подцержать его в стремлении начать восстание в Северо-Западном Китае. План был передан Сталину и не понравился ему. Вождю был нужен не разобщенный, а сильный Китай, который смог бы выступить против Японии.
Через несколько дней после отправки телеграммы восстание в Гуандуне и Гуанси захлебнулось, и немалую роль в этом сыграл тот факт, что местное население было резко настроено против сепаратистских действий. Сталин еще больше убедился в том, что единственным человеком, который смог бы объединить Китай, был Чан Кайши. 15 августа 1936 года КПК получила из Москвы приказ прекратить обращаться с Чан Кайши как с врагом и считать его своим союзником. «Нельзя обращаться с Чан Кайши так же, как с японцами. Вы должны стремиться положить конец враждебным столкновениям Красной армии и отрядов Чан Кайши и вместе выступить против японцев… Все должно быть принесено в жертву антияпонскому делу». Теперь Сталин хотел, чтобы КПК поддержала Чан Кайши как лидера объединенного Китая, по крайней мере на время.
Москва бесцеремонно приказывала КПК начать серьезные переговоры с Чан Кайши. Мао принужден был уступить, и переговоры между КПК и представителями правительства Чан Кайши о создании единого фронта начались в сентябре. Чан положил начало установлению дружественных отношений. Когда закончился Великий поход, он попытался завязать дружеские отношения с Москвой, но там ему велели «прямо поговорить с представителями КПК».
И Москва, и Мао держали Юного маршала в неведении относительно этих политических перемен и продолжали уверять его, что он заменит на посту Чан Кайши. Когда в конце июля Юный маршал сказал советскому послу Богомолову, что надеется на то, что его «блок с китайскими коммунистами, направленный против Чан Кайши и японцев, будет поддержан СССР», посол даже не попытался намекнуть, что в Москве настроены крайне негативно против этого плана. В свою очередь, Мао продолжал уверять Юного маршала, что Москва готова оказать ему поддержку.
Несмотря на свое решение поддержать Чан Кайши как главу государства, Сталин не собирался отказываться от тайных намерений укрепить китайскую Красную армию. В начале сентября 1936 года он одобрил план переправки вооружения в Китай через Внешнюю Монголию. Среди пожеланий Мао была «ежемесячная помощь в размере трех миллионов долларов», самолеты, тяжелая артиллерия, снаряды, винтовки для пехотинцев, зенитные орудия, понтоны, а также советские летчики и артиллеристы. 18 октября из Коминтерна Мао сообщили: «Переправляем меньше, чем вы запросили в своей телеграмме от 2 октября, и у нас нет самолетов и тяжелой артиллерии». Однако «иностранная кампания», обеспечивающая перевозки (агент советской военной разведки), «предоставит 150 грузовиков и обеспечит вас водителями и бензином: они смогут осуществить две поездки, каждый раз перевозя по 550–600 тонн». Количество ружей было таким же, какое русские отправили в Испанию, где только что разразилась гражданская война.
В октябре китайская Красная армия начала операцию по прорыву к месту назначения в пустыне у границы с Внешней Монголией. В лагере Мао было 20 тысяч солдат, и туда готовились подтянуться другие отряды Красной армии в ответ на его призыв помочь. Сюда входили отряды под командованием его бывшего соперника, а теперь сильно пострадавшего Чжан Готао, который провел зиму на тибетской границе под бомбардировками националистов. Тысячи солдат замерзли до смерти, многие ослепли от снега. В прошлом году Готао потерял половину своего восьмидесятитысячного войска, которым командовал, когда встретился с Мао в июне 1935 года.
