– Да, о чём сожалеть? – саркастически передразнила я Люба-эква. – Только о загубленной жизни.
«Только не начинай про носки и герань»
Рассмеялся Касюм.
– Хорошо, – улыбнулась я. – Тогда нам надо выбираться отсюда. Обратно взлететь мы наверняка не сможем, придётся топать ногами.
«Тогда пошли»
Согласились сожители.
Я начала методично прочёсывать все пещеры, особенно уделяя внимание всем развилкам и поворотам. В любом из них мог оказаться выход в родное безвременье.
Я бродила довольно долго. В животе урчало и лапы уже отказывались повиноваться.
«Можно, наверное, вызвать чум. Но я бы не стала этого делать»
Сказала Люба-эква.
– Да, неизвестно как это сработает в прошлом, – согласилась я.
Когда я уже смирилась с неизбежностью ночёвки в прошлом и стала просто подыскивать себе место для сна, дорогу мне преградила сучковатая палка и мне скомандовали:
– Стой.
У меня от неожиданности подкосились ноги. Но я постаралась идти дальше.
– Стой, говорю, – из-за камня вышел сиртю. – Там опасно. Пойдём другим путём.
Я побрела за ним на подгибающихся конечностях. Ватный дед шёл не оглядываясь, совершенно точно уверенный, что я бреду за ним. Два раза мы заходили за небольшой выступ, а там оказывался маленький тоннель, по которому обычный человек не смог бы пройти. Дед помещался только-только, а я свободно бежала.
Один из таких тоннелей вывел нас прямо к Тюшиной избушке. Ватный дед, не прощаясь, зашёл обратно в тоннель и пропал. Я не в силах возвратиться в человеческий вид, только поскребла лапой в дверь.
– О, маленькая ты моя! – на руки меня подхватила Синюшка. – Иди, иди сюда родненькая! Сейчас накормим, обогреем и спать! Не мужики – изверги! – ворчала она, усаживая меня на лавку. – На, вот водички моей попей, сразу сил прибавится, – Синюшка поставила передо мной блюдце с водой.
Я для приличия лизнула пару раз. Но сил и правда стало больше, и я с удовольствием вернулась в человеческий вид.
– Как я устала, – жалобно сказала я.
– Вот я тебя накормлю сейчас и сразу спать! – Синюшка погладила меня по голове, и мне сразу захотелось плакать. – Завтра никаких гуляний по пещерам! – строго сказала она.
– Хорошо, – я с радостью согласилась, но подумала, чем быстрее всё это закончиться, тем будет лучше.
«Да, да и сможешь вязать носки и выращивать герань»
Рассмеялся Касюм.
Синюшка накормила меня до отвала. На все вопросы она только ойкала, что беспутые мужики уморили девочку. Но я сильно и не сопротивлялась. После ужина я осоловело смотрела на Синюшку и уже ничего не понимала, о чём она говорит. Синюшка глянула на меня и быстро выпроводила спать.
Утром, под причитания Синюшки я снова отправилась на поиски того самого времени, когда шаман замуровывал Сашку. Я, не мотаясь по подземельям, решительно направилась сразу к капищу. На этот раз я не оглядывалась и не искала глазами своего охранника – ватного деда. Я убедилась в его исключительной способности появляться, когда необходимо и быть совершенно незаметным во всё остальное время. Это прибавило мне уверенности.
К капищу я подходила на цыпочках. Осторожно прислушивалась и принюхивалась. Но было всё спокойно. Возможно, его просто отвлекают от меня Полоз и кампания. Внутри капища было, как и вчера тихо и запущено. Я направилась на то место, где мне удалось так удачно провалиться. Просмотрела, прощупала – всё было как обычно. Земля – чуть влажная, камень и никаких намёков на провалы.
Я ещё раз обошла пещеру, попробовала посидеть в разных местах, но всё равно вернулась на вчерашнее место. Вернула себе человеческий облик и стала ждать, настраиваться. Старалась думать одновременно и про Сашку, и про шамана, который смог его замуровать.
Трудно представлять себе человека, о котором ты ничего не знаешь. Можно, говорят попробовать считать информацию о нём с другого человека – которого знаешь ты и знает он. Но вся проблема, что про этого шамана не знает никто. Поэтому я просто представляла его гипотетический образ и его чувство к Сашке. Он должен был его сильно не любить, чтобы решиться на такое. Ведь по словам Люба-эквы, он сразу же погиб после этого.
Интересно отчего?
«Оттого, что он использовал все свои жизненные силы, дурочка»
Грустно сказала бабушка.
«Конечно, шаману жизненных сил намного больше отпущено богами, чем простому человеку. Но они всё равно конечны. А во время такого ритуала шаман выкладывается весь, иначе просто не получится»
– Значит, если я выложусь до последней капли своих бессмертных сил у меня может получиться? – спросила я.
«Может получиться. А может – нет»
Ответила Люба-эква.
Как всегда. На все мои вопросы я получаю уклончивые ответы. Или ответы загадки. Как хочешь, так и понимай.
Ладно, от разговоров ничего не изменится. Я закрыла глаза и стала представлять себе Сашку чуть старше, чем увидела вчера, но младше, чем того страшного старика, которым меня пугал этот вредный мальчишка. И думала про шамана.