Дочь напевает себе под нос песенку про синий трактор и крутится вокруг своей оси, совсем не замечая молний, которые мечет её отец в меня.
— Ещё как касается! Я должен знать, кто будет ошиваться рядом с моей женщиной и моей дочерью! — на тон громче гаркает Женя и начинает покрываться отвратительными красными пятнами.
Я морщу нос, а потом громко хохочу. Зоя поддерживает веселье. Один Куликов сидит с кислой миной. Что за замашки собственника, опоздавшие на три года?
— Кажется, ты что-то перепутал, Евгений, — холодно произношу я. — Дочь твоя, и я понимаю твоё беспокойство. Меня приписывать к своей собственности не надо.
— Я расстался с Лизой. Я хочу участвовать в жизни дочери больше и чаще. Зачем тебе кто-то ещё, Ленок? Вспомни, как нам было хорошо вместе! — переходит в наступление оборзевший отец моей дочери.
Поднимается со своего места и в момент оказывается около меня. Сгребает в охапку и пытается прижаться губами к моему рту. Меня как током прошибает. Это ещё что за фокусы? Мало моя жизнь похожа на сериал?
— Куликов! Офигел! — схватив мокрую тряпку с раковины, я впечатываю её в когда-то любимое лицо бывшего. — Ты пьяный, что ли?
— Ленок, это шанс для нас троих. Не отталкивай, подумай! Зачем тебе кто-то ещё? Мы же семья! — нараспев проговаривает Женя, пытаясь увернуться от тряпки, которой я его теперь колочу.
Зоя с радостным визгом лупит нас обоих, поддерживая всеобщее сумасшествие.
— Мы никогда не были семьей, Женя. Потому что ты всё прос… потерял! И да, я выхожу замуж! За другого!
— Тогда… Тогда, Ленок, я заберу у тебя дочь! — с угрозой и слюной у рта выпаливает Куликов. — Другой мужик не будет воспитывать моего ребёнка! Она, — тыкает пальцем в улыбающуюся Зою, — моя!
— Раньше об этом надо было думать, — фыркаю, ничуть не испугавшись его. — Ты что, считал, что я всегда буду одна? Это тебе можно было менять Лиз, Ларис и прочих кис как перчатки? Так вот, я никого не меняла, потому что сразу после тебя решила: со следующим человеком, с которым сойдусь, создам семью. Настоящую, любящую и крепкую.
— Мама, папа и я — ненастоящая семья! — кричит Зоя, ставя финальную точку в этом бессмысленном разговоре.
— Вот именно.
— А Лома новый мамин муж! — авторитетно продолжает.
А я хлопаю себя тряпкой по лбу. Как-то слишком быстро она выросла и стала всё понимать.
— Рома? Что за хрен ещё этот Рома? Ты их уже познакомила? Я так просто это не оставлю, Ленок! За моей спиной!.. — орёт Евгений, мотаясь по кухне. Подумать так, какая трагедия у мужика случилась. Бывшую из-под носа увели, а он и не заметил!
Домофон знакомо пикает, и Женёк наконец останавливается. Я расплываюсь в улыбке.
— А вот и папа. Чай допивать будешь?
Чаёвничать Евгений отказывается. Быстро собрав свои немногочисленные вещи, оповещает меня и Зою о том, что заберет её к себе на выходные, а сегодня его срочно вызывают в офис, и исчезает.
И чего приходил, спрашивается? Мнимые права покачать?
Я даже рада, что он убрался с глаз долой, но Зоя может закатить истерику. Отца она любит и его внимания ей часто недостаёт.
— Мне показалось, или я видел сверкающие пятки Куликова? — интересуется папа, вешая ветровку в шкаф.
— Не показалось, — вздыхаю устало и возвращаюсь на кухню, где на столе одиноко лежит мокрая сиреневая тряпка.
Схватив, швыряю её обратно в раковину. Евгений своими предложениями, угрозами и непонятно откуда взявшейся ревностью подпортил настроение от этого светлого солнечного утра. Какая муха его укусила?
Если бы он явился ко мне с подобным года три назад, я бы его простила? Нет. А сейчас даже и обсуждать нечего.
Пришла моя очередь строить свою жизнь. Меня ждёт новая высокооплачиваемая работа и липовая свадьба с парнем, который мне нравится далеко не фиктивно. Семимильными шагами иду к успеху.
Зоя убежала в комнату и, судя по звукам, копается там в ящике с игрушками, ничуть не расстроившись из-за ухода отца.
— Чего хотел этот кретин? — не стесняется в выражениях мой родитель.
— Папа!
— Мне нравится называть вещи своими именами. Так что?
— Хотел всё вернуть на круги своя. Грозил отобрать Зою и помешать моему замужеству. Откуда он вообще об этом узнал? Это же тайная свадьба! Фиктивная! А о ней скоро будет судачить весь город, ещё и по телевизору покажут, сняв репортаж. Такое событие! — произношу раздражённо, попутно убирая со стола остатки завтрака и выливая остывший чай Куликова — только воду на него перевела и пакетик испортила.
Чувствую, сегодня весь день пойдёт не по плану.
— Кхм… — папа загадочно откашливается в кулак.
— Пап? — начинаю подозревать худшее. — О моей свадьбе написали в местной газете?
— Пока нет, но, наверное, это я виноват. Куликова, мегера старая, в загсе работает, и, пока я решал вопросы по поводу вашей с Романом регистрации, она рядом вертелась. Не мог я дать позлорадствовать этой тётке над нашей семьей ещё раз. Поэтому немного подкинул дровишек, подогрев её бурную фантазию, рассказал ей несколько подробностей о будущем банкете. Пусть покусают локти! Никогда мне не нравилась эта баба и её сынок.
Только этого не хватало. Впору хвататься за сердце и прилечь на диван.
