– Главное, уговорить Аллу, чтобы поддержала нашу версию. Кроме меня и тебя, правду знает только Вишневская. Та самая, которая близкая подруга. Но в Лиле я уверена, она молчит как партизан. Ни мне, ни своему парню ничего не рассказывала.
– Мне нужен адрес в Хоперске, – попросил он, подразумевая адрес хостела, где остановилась дочь.
– Нет. Лучше туда ехать мне. Выступлю посредником между вами.
– Спасибо. Когда выезжаешь?
– Скоро, – пообещала я. – Прежде чем возвращать Аллу в Тарасов, хотелось бы вычислить настоящего убийцу. Ты и сам это понимаешь. А я пока не могу сделать выбор между двумя кандидатами – Афанасьевым и Овчинниковой.
Дима никакой дилеммы в упор не видел.
– Нечего выбирать, Кристина этого не делала. Она не убийца, не преступник.
Разумеется! И почему я не удивлена?
– После нашей встречи мы еще раз говорили с ней по телефону…
Только не это! Я как в воду смотрела, когда предсказала, что дамочка попытается манипулировать уязвимым мужчиной, воспользовавшись его приятными воспоминаниями об их знакомстве.
– …Она чистейшая и честнейшая женщина, – продолжал увещевать меня Дима. – Предложила встретиться и все обсудить еще раз. Ей нечего скрывать, она готова ответить на любые мои вопросы.
– Есть документы сомнительного содержания, – начала я, – которые свидетельствуют, что Овчинникова может быть замешана в отмывание денег. Так что ей однозначно есть что скрывать. И в желании скрыть свои махинации она вполне могла пойти на убийство.
– Какие документы?
– Из бухгалтерии. Сейчас они на руках у Афанасьева, он намеревался воспользоваться ими, чтобы прикрыть бизнес Овчинниковой.
Зря я заикнулась о планах Афанасьева. Некоторые вещи я докладываю клиентам обтекаемо, минуя ненужные подробности, чтобы люди из-за моей болтливости не делали преждевременных выводов и не совершали опрометчивые поступки. В своих отчетах для Первухина я поначалу тоже пользовалась обтекаемыми формулировками в наиболее скользких местах. С тех пор как Первухин стал для меня Димой, количество таких обтекаемых формулировок значительно сократилось, я начала болтать лишнее.
– Ты можешь вернуть эти документы Кристине? Их необходимо вернуть. Нельзя допустить, чтобы этот убийца разрушил дело всей ее жизни.
Не в моих привычках тратить время на пустой спор. Я просто молча выслушаю Диму и сделаю по-своему. Поэтому на текущий момент мне оставалось лишь устало скомандовать:
– Налей уже кофе!
Ни Машеньке, ни Людмиле верить нельзя, но их истории не кажутся противоречивыми. Похоже, на этот раз прожженные лгуньи рассказали правду, попутно очистив имя Игоря Морозова.
У меня осталось двое подозреваемых – Афанасьев и Овчинникова. Кто-то из них убил Землянского. Кто? Может, оба? Ха, вполне вероятно, муж и жена – одна сатана. Они мне одинаково не нравятся, и я охотно поверю, что, несмотря на все разногласия, эти двое по неведомым мне причинам сговорились ликвидировать Олега.
Делаю ставку на Овчинникову. Хозяйка «Дома у реки», отмывая грязные деньги, с головой увязла в криминальных схемах, которые грозят ей утратой бизнеса и тюремным сроком. Последнее время Кристина вся на нервах, мое вмешательство так и вовсе превратило ее в извергающийся вулкан. Так невиновные люди себя не ведут.
Я вновь перечитала файл с консультацией от знакомого финансиста в надежде прояснить туман в голове. Надежды не оправдались, мгла лишь сгущалась. Да, неоднократные займы сотрудникам походят на сомнительные транзакции по отмыванию средств. Даже если проверка от надзорного органа установит, что ничего криминального Овчинникова не совершала, проблема не исчезнет. На время проверки банки заморозят счета ООО «Падма Бхана» и присвоят фирме низкий рейтинг. Хуже того, по завершении проверки банки еще не скоро возобновят обслуживание бизнеса Овчинниковой. Организация попросту разорится.
Кристина потеряет дело всей своей жизни. А что же Афанасьев?
Стащил документы из сейфа своей бывшей, используя Маринку и Машку. Раскрытие этого преступления Алексею ничем особо не угрожает. В конце концов, он действовал якобы из благих побуждений, чтобы вывести Овчинникову на чистую воду. Поэтому он, в отличие от своей бывшей, держится самоуверенно, спокойно и нагло, словно ничем не рисковал. Во время нашей встречи ни грамма не нервничал, интересовался моими коленками и вымышленным пентхаусом, причем вторым, я полагаю, в большей мере. Алексей оставался самим собой – бесстыжим плейбоем, мечтающим о богатенькой подружке. Он не походил на человека, совершившего преступление, а потом и убийство, чтобы скрыть преступление. А значит, нет причин убивать.
Или есть причины?
Внезапно мне стало не по себе. «Дима, чтоб тебя! Ты опять прав: нельзя верить тому, кто слишком уж откровенен».
Афанасьев моментально согласился на мою помощь, когда мы еще только говорили по телефону. Он пока не видел моих коленок и не слышал моей лжи про пентхаус на Приволжской, но уже готов был сотрудничать, потому что хотел меня использовать. Точно так же, как ранее использовал ослепленную любовью Маринку Черткову и глупую продажную Машеньку.
